Перед нами обыкновенный случай ин-тролль-сикации...

….Анна тоже испытывала трудности. Задолго до того, как она пришла в себя, на подсознательном уровне ее преследовала навязчивая мысль: что то происходит не так. С одной стороны, неприятные ощущения были связаны с ее физическим состоянием: то ли ее тело находится не в подходящем месте, то ли просто в неудобной позе. С другой стороны, расстройство сознания заставляло ее метаться из стороны в сторону и безудержно плакать.
Если что то пойдет не так, нужно нажать кнопку. Бесполезно угрожать, если нельзя привести угрозы в исполнение. Тогда ей уже никто не поверит. Все то преимущество, которое она с таким трудом приобрела, утечет сквозь пальцы, как вода.
Если она нажмет кнопку, умрет Слава. Ее сын умрет, так и не обретя себя. Частичка ее самой так и не обретет свободу.
Но это лучше, чем позволить Глобусу отдать его террористам.
Анна жала на кнопку детонатора с такой силой, что рука перестала ее слушаться. Но ничего не произошло.
Кнопка исчезла.
Руки Анны оказались свободными. Они уже никому не могли угрожать.
Господи!
С трудом открыв глаза, Анна увидела знакомые стены своей темницы.
Она лежала на койке, обхватив руками плечи.
Глобус знает о взрывном устройстве в подлодке.
Он обещал Славу террористам.
У Анны нет больше сил.
– Очнулась? – спросил голос. Кажется, знакомый. – Доставила же ты хлопот. Вольт здорово тебя треснул. Я бы отнес тебя в медчасть, но Глобус запретил. Ты меня слышишь? Если да, скажи что нибудь.
Если Анна и не могла узнать голос сразу, она должна хотя бы посмотреть, кому он принадлежит. Но попытка оказалась неудачной. Острая боль пронзила ее затылок, и каюта расплылась в потоке слез.
Значит, Вольт ударил ее по голове. Ладно. По крайней мере, респат доказал свою преданность. Но как ей это удалось? На «Тень океана» должны были действовать сильные перегрузки. В противном случае Анна бы не заснула. Тогда как Вольту удалось встать со своего места?
Должно быть, произошла какая нибудь задержка. Должно быть, Анна слишком устала и не смогла проснуться вовремя, когда влияние воды на нее прекратилось. Тем временем Вольт подкрался сзади и…
– Ну же, Анна, постарайся, – продолжал голос. – Нужно прийти в себя. Не заставляй меня трясти тебя. Тебе и так здорово досталось.
На этот раз Анна узнала голос – голос Шаха.
Попытаться? Хорошо. Если это так необходимо…
Превозмогая боль и глотая слезы, она попыталась заговорить:
– Где?…
– Ты у себя в камере, – ответил Шах. – Все живы, по крайней мере, пока. Наверное, мне никогда не понять, как мы остались живы.
Несмотря на сильную боль в затылке, Анна покачала головой. Не такой ответ она ждала от Шаха.
– Где?…
Покинули ли они эту ужасающую глубину? Не преследует ли их другая подлодка?
– Где твой сын? – снова попытался угадать ее вопрос Шах. – Именно это ты хочешь спросить? Глобус его запер. Насколько я знаю, он в порядке. Копия своего отца. Впрочем, никто не причинил ему вреда. Не успели.
Анна сжала кулаки, подавляя стон.
– Где мы? – прохрипела она….

Озеро Мокрое, парк Лесной дровосек. А переулок Цементный. Ну и как же боевой корабль назвать))

Ничего не понял. Какие такие перегрузки на лодку действуют, что нельзя встать?

Кнопка детонатора и невозможность встать на ПЛ - уже как бы подтверждают.