|
Повороты судьбы
|
|
Slider99  | Воскресенье, 12.04.2026, 11:02 | Сообщение » 101 |
 T-1
Сообщений: 233
| Под бетоном я имел в виду бетонные укрепление, которых в принципе должно быть в аэропорту достаточно заборы различные ограждения и так далее. Под ограничением протоколов тоже подразумевалось то что они работают по командам а для того чтоб видеть что вокруг есть дроны в небе
|
 |
| |
| БотАН | Воскресенье, 12.04.2026, 11:46 | Сообщение » 102 |
 Сказочник
Сообщений: 2828
| Про бетон понял, количественно не знаю, но качественно пойдёт. Согласен.
Про протокол односторонней связи (как элементарно половину двусторонней) тоже спорить не буду. Всё случается на свете. Так что принято и спасибо за пояснения )
|
|
| |
| Slider99 | Понедельник, 13.04.2026, 20:24 | Сообщение » 103 |
T-1
Сообщений: 233
| Глава 13. Чужие среди нас
Серый рассвет разливался над аэропортом медленно, нехотя. Солнце, которое так редко баловало людей своим появлением, даже не пыталось пробиться сквозь плотную пелену облаков. Просто тьма постепенно сменялась сумраком, и в этом сумраке оживали звуки.
Лязг металла, урчание дизельных генераторов, приглушённые голоса — аэропорт просыпался. Прошло три недели после той ночи, когда небо здесь полыхало огнём. Три недели восстановления, перестроек и привыкания к новой реальности.
Коул стоял у штабеля ящиков, наскоро сколоченных из фанеры и обломков. Очередь за припасами тянулась длинным хвостом, извиваясь между контейнерами. Люди переминались с ноги на ногу, кутаясь в потрёпанные куртки, переговаривались вполголоса.
— ... вчера с патруля пришёл, говорит, у восточных складов видели следы гусениц, — рассказывал мужичек в застиранном камуфляже. — Свежие, говорит.
— Может, наши? — спросил его сосед.
— Наши на «Хамви» ездят, какие гусеницы? Это машины.
Очередь загудела. Кто-то начал креститься, кто-то сплюнул через плечо.
— Хватит панику наводить, — оборвал их Коул, подходя ближе. — Следы могли и старые быть, от гусениц долго держатся. А если и свежие — так мы теперь знаем, что они там были. Значит, усилим наблюдение.
— Легко сказать, усилим, — проворчала пожилая женщина в платке. — А если они снова попрут?
— Если попрут, встретим, — твёрдо ответил Коул. — Мы теперь не одни. Коннор обещал помощь.
— А где он сам? — спросил кто-то из очереди. — Что-то не видать его сегодня.
— У Коннора дел по горло, — ответил Коул, возвращаясь к ящикам. — Он сегодня в Пасадену едет, потом на ферму, потом к учёным. Он везде должен успеть.
— Легко ему, — вздохнула женщина. — Летает туда-сюда, а мы тут сиди.
— Легко? — Коул усмехнулся. — Ты бы на его месте попробовала. Под пули лезть, людей терять, а потом ещё и за всех думать. Не завидую я ему.
Очередь затихла, обдумывая его слова. Потом снова зашевелилась, зашепталась, но уже без прежней тревоги.
— Держи, — Коул протянул мужчине в камуфляже банку тушёнки и пачку галет. — Это ещё 14-го года, но вроде не вздулась. В 16-м такие уже редкость, береги.
— А что, уже 16-й? — удивился старик, стоявший рядом. — Годы летят, пока выживаешь.
— Летят, — согласился Коул. — И не спрашивают. С овощами пока туго, но фермеры обещали подбросить.
— Спасибо, — кивнул мужчина. — А что фермеры?
— Гидропонику запустили. Им лампы нужны и генератор для расширения, ртов то теперь много больше стало, да еще приходят, иногда по одному, а иногда целыми артелями. Все тянутся туда где есть жизнь и защита. Коннор обещал помочь.
В очереди одобрительно загудели. Новости о том, что где-то растёт свежая еда, грели душу лучше всяких обещаний.
Тем временем в штабе Коннор сидел над картами вместе с Харрисом. Полковник выглядел уставшим, но в глазах появилось что-то новое — не прежняя самоуверенность, а спокойная решимость. Рядом с ними стоял лейтенант с планшетом, записывающий распоряжения.
— Значит, так, — говорил Коннор, водя пальцем по карте. — Я уезжаю сегодня. В Пасадене дел много, надо проверить запасы, поговорить с Гиббонсом, потом на ферму заехать — им лампы обещали. Коул сказал, что у вас есть на складах. И учёные просили кое-какие детали с разбитых машин собрать.
— А здесь что делать? — спросил Харрис.
— Здесь твоя главная задача — держать оборону. Укрепления вы построили, теперь надо патрулировать окрестности. Я бы на твоём месте отправил разведгруппу к восточным складам. Помнишь, Коул говорил про запасы инженерного оборудования? Нам бы пригодилось.
— Помню, — кивнул Харрис. — Отправлю людей обязательно, прямо сегодня же.
— И ещё, — Коннор поднял глаза. — Людей надо кормить. С фермерами я договорюсь, но им транспорт нужен. Выдели пару машин для перевозки продуктов, когда урожай поспеет. И еще им нужны дополнительные генераторы, они расширятся хотят.
— Понял. Выделю. Найдем. — Харрис рублеными фразами ответил сразу на несколько вопросов, потом секунду помолчал, и добавил: — Люди волнуются. Слухи ходят про новые следы машин на востоке.
— Знаю. — Коннор вздохнул. — Слухи всегда будут. Главное — не дать им перерасти в панику. Работайте с людьми, объясняйте, что мы готовы.
— Постараюсь.
Коннор посмотрел на карту, потом на Харриса.
— Если попрут, мы придём. — Коннор твёрдо посмотрел на него. — Ты теперь не один. Запомни это.
Харрис кивнул. В этом кивке было больше, чем просто согласие. Было признание.
Лейтенант закончил записывать и вышел. Коннор начал собирать карты.
— Я вернусь через пару дней, — сказал он. — Если что-то срочное — связь есть.
— Хорошо, — ответил Харрис. — Удачи.
Они пожали руки, и Коннор вышел из штаба. Во дворе его уже ждали Дерек, Адриана и «Хамви» с ящиками в кузове.
— Всё готово, — сказал Дерек. — Можно ехать.
— Поехали, — кивнул Коннор, забираясь в машину.
Оба «Хамви» тронулись, провожаемый взглядами людей из очереди. Кто-то махнул рукой, кто-то просто смотрел. Коннор помахал в ответ, и машины выехали за ворота.
Дорога на ферму заняла несколько часов. На подьезде в Пасадену Коннор с Ризом решили разделиться. Дерек вёл свой «Хамви», сосредоточенно объезжая ямы и остовы машин. Частично дорогу уже очистили от них, но пока еще не всю. Рядом сидела Адриана, время от времени поглядывая в зеркало заднего вида, где за ними тянулся шлейф пыли.
— А оказывается уже лето пришло, — думала она. — Если только погоду в плюс пять - семь градусов можно назвать летом… С другой стороны, хоть не постоянный снег и жидкая каша под ногами. Практически курорт после продолжительной зимы, длившейся практически пять лет.
Сзади в машине громоздились ящики с фитолампами и небольшой генератор, которые нашли в аэропорту. Всё это хозяйство позвякивало на ухабах, и Дерек то и дело бросал взгляд назад.
— Доедет, не переживай, — успокоила его Адриана.
— Надеюсь. А то Коул мне голову оторвёт, если разобьём.
— Коул мужик суровый, но справедливый. Договоришься.
— Ага, договоришься с ним, — усмехнулся Дерек. — Он с меня сначала три шкуры снимет, а потом только спросит, что случилось...
Ферма встретила их запахом влажной земли и свежей зелени. В многочисленных теплицах, построенных из остатков старого каркаса, полиэтилена и целых стекол, зеленели ростки. Рядом суетились люди — кто-то поливал, кто-то подвязывал стебли.
Стивенс, бывший пленник «Свободы», теперь заправлял всем процессом. Он заметил машину и вышел навстречу, размахивая руками.
— О! — обрадовался он. — Лампы привезли! А то у нас тут без света хило растёт.
— И генератор, — добавила Адриана, вылезая из кабины.
— Генератор! — Стивенс чуть не прыгал от радости. — Вот это да! Теперь мы тут целую электростанцию развернём!
Марта вышла из дома, вытирая руки о фартук. Она заметно повеселела, хотя в глазах всё ещё читалась усталость.
— Спасибо, ребята, — сказала она, обнимая Адриану. — Без вас мы бы не справились.
— Как у вас тут? — спросил Дерек.
— Растёт потихоньку, — Марта кивнула на теплицы. — Ещё неделя-другая, и можно будет первый урожай снимать. Зелень, огурцы, помидоры. Немного, но хоть что-то.
Она повела их к теплицам. Внутри было тепло и влажно, пахло землёй и молодой ботвой. Сверху растения подсвечивались лампами дневного света. Адриана провела рукой по зелёным листьям, и на душе стало спокойно.
— Хорошо у вас, — сказала она.
— Стараемся, — улыбнулась Марта. — Дети вот помогают. Вон, глянь.
В углу теплицы возились двое ребятишек лет восьми-десяти. Они поливали грядки из маленьких леек, деловито переговариваясь.
— Молодцы, — похвалил Дерек. — Растут помощники.
— А то, — гордо ответила Марта. — Они теперь знают, что еда просто так не растёт. За ней ухаживать надо.
Они вышли из теплицы. Навстречу уже бежали другие фермеры, чтобы помочь разгрузить ящики.
— Коннор просил передать, — сказал Дерек, — что из аэропорта выделят машины для перевозки, как только поспеет. Так что вы не переживайте, ваше добро не пропадёт. И еще, у нас много людей с детьми. Бойцов из них не выйдет, а вот на производство или к вам можем отправить. Примете? Рабочие руки же пригодятся?
— Всех примем, и разместить – разместим, если нужно сами подвинемся. Нужны руки, нам расширятся нужно, а людей то мало у нас. — перекрестилась Марта. — Дай Бог здоровья этому Коннору, И вам, ребята.
— И вам, — ответил Дерек.
Они помогли разгрузить ящики, попрощались и уехали. В зеркале заднего вида ферма таяла, как мираж.
— Хорошие люди, — сказала Адриана.
— Хорошие, — согласился Дерек. — Ради таких и стоит воевать.
В Пасадене их ждал Мигель. Связист стоял у ворот, нервно покусывая губу.
— Коннор у себя, — сказал он. — И там Гейтс на связи, они уже больше часа общаются.
— Что случилось? — спросил Дерек.
— Не знаю, но голос кода вызывал Коннора у него был взволнованный.
В штабе Коннор сидел у рации, лицо его было сосредоточенным. Рядом стоял сержант-майор, попыхивая трубкой, и Эмилия, скрестив руки на груди.
— Доктор, повторите ещё раз, — сказал Коннор, когда Дерек вошел в кабинет.
Голос Гейтса из динамика зазвучал взволнованно:
— Мы расшифровали часть данных из Сан-Диего. Там есть информация о шпионской сети MPRI. Они внедряют своих людей в сообщества выживших. Агенты передают координаты баз, численность защитников, перемещения отрядов.
— Насколько это серьёзно? — спросил Коннор.
— Серьёзно. Мы нашли упоминания о нескольких операциях, провалившихся из-за утечек. И самое плохое — Скайнет получает эти данные напрямую. MPRI работает на него.
В комнате повисла тишина. Дерек переглянулся с Адрианой. Эмилия нахмурилась.
— У нас есть подозрения на конкретных людей? — спросил Коннор.
— Пока нет. Только общая информация. Но если они есть, они могут быть где угодно. Даже у вас.
— Понял, доктор. Работайте дальше. Если найдёте что-то конкретное — сразу сообщайте.
— Хорошо. Конец связи.
Коннор откинулся на спинку стула.
— Шпионы, — тихо сказал сержант-майор. — Этого нам не хватало.
— Теперь понятно, почему Скайнет так точно бил, — заметил Дерек. — Он знал, куда целиться.
— Именно, — кивнул Коннор. — И теперь мы должны выяснить, есть ли у нас такие. И сделать это тихо, чтобы не посеять панику.
— Предлагаешь начать проверку? — спросил сержант-майор.
— Да. Но без шума. Мигель, ты сможешь отследить подозрительные передачи?
— Попробую, — ответил связист. — Но, если они используют старые военные шифры или передают данные короткими сериями, засечь будет сложно.
— Делай, что можешь. А мы пока просто будем внимательнее.
Эмилия шагнула вперёд.
— Я могу поговорить с людьми, — предложила она. — Аккуратно, без лишнего. Узнать, кто, когда появился, откуда.
— Хорошо, — кивнул Коннор. — Но осторожно. Никаких допросов, только наблюдение.
— Поняла.
— И ещё, — добавил Дерек. — Надо бы рейды организовать. Запчасти, топливо, медикаменты. Мы почти всё израсходовали за последние недели, а склады Макмиллана и Харриса трогать пока не стоит, там все долгого хранения, в будущем пригодится.
— Знаю, — кивнул Коннор. — У меня уже есть пара мест на примете. Старые армейские склады к северу отсюда. Завтра обсудим.
Сержант-майор потушил трубку.
— А пока — отдыхайте, — сказал он. — Вы целый день в дороге.
Дерек и Адриана вышли. Во дворе уже вечерело.
Вечером, когда стемнело, во дворе школы зажгли костёр. Дерек и Адриана сидели рядом, глядя на огонь. Рядом пристроились Кайл и Элисон.
Пламя весело потрескивало, отбрасывая длинные тени на стены. Где-то в углу кто-то тихо под гитару напевал старую песню, слов было не разобрать, но мелодия была грустной и красивой.
— Хорошо, — сказала Адриана, положив голову Дереку на плечо.
— Хорошо, — согласился он.
Дерек посмотрел на брата. Кайл сидел, поджав ноги, и подбрасывал ветки в огонь. Два года назад он был просто мальчишкой, который боялся темноты. Теперь в его взгляде появилась та особенная серьёзность, которая бывает только у детей, прошедших войну. Рядом с ним, прижимая к себе медведя, дремала Элисон. Она заметно вытянулась, хотя всё ещё оставалась той самой малышкой, которую Дерек спас в 2014-м.
— Растут, — тихо сказала Адриана, словно прочитав его мысли.
— Растут, — согласился Дерек. — И мы вместе с ними.
Кайл подбросил в огонь пару поленьев. Искры взметнулись вверх и погасли.
— Дерек, — вдруг спросил он, — а ты завтра опять уезжаешь?
— Опять, — ответил Дерек. — Надо на склады съездить, запчасти поискать.
— А надолго?
— Дня на два-три. Вы с Элисон тут без нас справитесь?
— Справимся, — уверенно сказал Кайл. — Я теперь старший.
— Старший, — улыбнулся Дерек.
Элисон смотрела на огонь задумчиво, не мигая.
— Элисон, — тихо спросила Адриана, — ты чего?
— Смотрю, — ответила она. — Огонь чистый. В нём нет лиц.
— Каких лиц?
— Которые мне снятся. Красные глаза, железные лица. Сегодня их нет.
Кайл обнял её.
— Это хорошо, — сказал он. — Значит, ты отдыхаешь.
— Наверное, — Элисон улыбнулась и прижалась к нему.
К костру подошёл Мигель, присел рядом.
— Коннор сказал, завтра с утра совещание, — сообщил он. — Будем рейды планировать. Механики говорят, что у нас на исходе запчасти для джипов и грузовиков, без них «Хамви» скоро встанут.
— Куда пойдём? — спросил Дерек.
— Говорит, есть склады к северу, километров шестьдесят. Ривера знает дорогу.
— Значит, опять в путь, — вздохнула Адриана.
— А ты как хотела? — усмехнулся Дерек. — Война.
— Я не против, — она положила голову ему на плечо. — Я просто так, к слову.
Дети смотрели на огонь, взрослые обсуждали планы. Где-то в темноте мелькнула точка — очередной охотник. Но сегодня он прошёл мимо, не снижаясь.
— Устал я, — вдруг признался Дерек. — Не физически, а так... от всего.
— Я знаю, — ответила Адриана. — Я тоже. Но мы справимся.
— Справимся, — эхом отозвался он.
Костёр догорал. Люди расходились по казармам. Ночь обещала быть спокойной.
Коннор стоял на крыше один. Внизу догорал костёр, люди расходились по казармам. Где-то плакал ребёнок, где-то играла гитара, где-то смеялись — жизнь продолжалась.
Он смотрел на карту, разложенную на парапете. Пасадена, аэропорт, ферма, бункер учёных, Форт Хантер. Везде свои люди, везде надежда. И везде — возможная угроза изнутри.
— Шпионы, — прошептал он. — Этого только не хватало.
Он вспомнил «серых» в бункере Сан-Диего. Их глаза, полные веры в Скайнет. Если такие есть и среди его людей...
Коннор сжал перила.
— Ничего, — сказал он себе. — Мы справимся.
В небе мелькнула ещё одна точка. И ещё одна. Они кружили высоко, не снижаясь, но их присутствие ощущалось.
— Смотрите, — прошептал Коннор, глядя на них. — Мы ещё встретимся.
Он спустился вниз, в штаб, где его ждали карты и планы. Сержант-майор сидел в углу, попыхивая трубкой.
— Не спится? — спросил старик.
— Не спится, — ответил Коннор.
— О шпионах думаешь?
— О них.
— Тяжёлое дело, — сказал сержант-майор. — Своих проверять. Но надо.
— Надо… Ты помнишь, как мы все начинали? — вдруг спросил Коннор, поворачиваясь к старику. — когда к тебе пришли первые люди, думали, что через пару месяцев всё кончится. А вот уже 2016-й, а мы всё ещё здесь.
— И будем, — ответил сержант-майор. — Сколько потребуется.
Коннор кивнул, но с места не сдвинулся. Он снова смотрел на карту, на точки, обозначающие базы.
— Знаешь, — сказал он, — я иногда думаю: а что, если мы всё делаем неправильно? Если наши решения только приближают конец?
— Думать полезно, — ответил старик. — Но только если после этого начинаешь делать лучше. А если просто думать и ничего не делать — это уже не полезно.
Коннор усмехнулся.
— Ты прав, как всегда.
— Я старый, мне положено, — улыбнулся сержант-майор. — Иди спи, Джон. Завтра рейды, совещания, проверки. И где-то среди этих забот нужно найти время, чтобы просто жить.
Коннор кивнул и вышел. В коридоре было тихо, только где-то в лазарете перекликались санитары. Он прошёл мимо комнат, где спали люди, и вышел во двор.
Костёр почти погас, только угли тлели, изредка вспыхивая. Возле затухающего огня сидел Дерек, обнимая Адриану. Они о чём-то тихо переговаривались.
Коннор не стал их тревожить. Он просто постоял немного, глядя на них, и пошёл к себе.
Война продолжалась. Но где-то в этой войне были моменты, ради которых стоило жить. И это главное.
Исправлено Slider99 - Вторник, 14.04.2026, 15:29 |
|
| |
| Slider99 | Вторник, 14.04.2026, 22:37 | Сообщение » 104 |
T-1
Сообщений: 233
| Глава 14. Тени Скайнет
Прошло больше месяца после возвращения Коннора из аэропорта. Жизнь в Пасадене вошла в привычное русло: патрули, тренировки, очереди за едой, редкие минуты отдыха у костра. Но в этой обыденности появилось что-то новое — настороженность.
Мигель сидел в радиоузле, уставившись в экран старого осциллографа. На столе перед ним громоздились распечатки перехваченных сигналов, испещрённые пометками, сделанными дрожащей от усталости рукой. Третьи сутки он практически не спал — только короткие провалы в забытьё, когда голова падала на грудь, и резкие пробуждения от собственного храпа. Чашка с остывшим чаем стояла рядом, нетронутая.
— Есть что-то? — Эмилия вошла бесшумно, как всегда. Даже половицы под её ногами не скрипнули.
— Пока не уверен, — ответил Мигель, не оборачиваясь. Голос его сел от долгого молчания. — Слишком короткие серии, меньше секунды. Если это передача, то очень экономная. Смотри.
Он ткнул пальцем в осциллограф, где прыгала зелёная линия.
— Вот здесь всплеск, а вот здесь... и всё. Ни подтверждения, ни ответа.
— Кто мог бы?
— Кто угодно. — Мигель потёр красные глаза. — У нас сейчас почти три сотни человек, и это не считая аэропорт и фермеров. Каждый четвёртый — новенький, прибился за последние полгода. Еще два с небольшим года назад мы знали каждого в лицо, могли перечислить все имена живущих здесь. А теперь... — он махнул рукой.
Эмилия подошла ближе, вгляделась в графики. Её лицо было спокойным, но внутри шевелилось знакомое чувство — предчувствие опасности.
— Покажи, где было.
Мигель развернул карту, ткнул пальцем в несколько точек, обведённых красным.
— Вот здесь, в районе складов. И здесь, у восточного въезда. И один раз прямо у ворот, ночью.
— Значит, кто-то выходит наружу.
— Или выходит, или передаёт изнутри. Сигнал слишком слабый, чтобы пробиться далеко. Значит, рядом должен быть ретранслятор или их база недалеко.
Эмилия задумалась, глядя на карту. Её палец скользнул по точкам.
— Я поставлю наблюдение у ворот. И проверю, кто выходит по ночам.
— Осторожно, — предупредил Мигель, наконец поворачиваясь к ней. — Если это шпион, он может быть опасен. Такие не сдаются без боя.
— Я знаю. — Она уже открывала дверь. — Отдохни. Завтра продолжишь.
Мигель на автомате кивнул и снова уставился на экран, пытаясь поймать очередной сигнал. В тишине радиоузла было слышно только его дыхание и редкие щелчки приборов.
В столовой было шумно и душно. Люди сгрудились у раздачи, переговаривались, спорили, кто-то громко смеялся, кто-то ворчал на слишком жидкий суп. Пахло варёной крупой и чем-то кисловатым — экономили на всём, даже на соли.
В углу за отдельным столом сидели трое недавно прибывших — мужчина лет сорока с заросшим щетиной лицом и двое парней помоложе, лет двадцати, с затравленными взглядами. Они держались особняком, не участвовали в общих разговорах, только перешёптывались между собой, наклоняясь друг к другу.
— Смотри на них, — тихо сказал Стивенс, сидевший с Дереком у окна. Он незаметно кивнул в их сторону. — Ведут себя странно.
— Кто? — Дерек проследил за его взглядом. — Эти? Нормально вроде.
— Слишком тихие. Всё время вместе, ни с кем не общаются. И вопросы задают.
— Какие вопросы?
Стивенс понизил голос:
— Про склады, про патрули, про то, где что лежит. Вроде как новенькие, хотят освоиться. Но слишком уж подробно интересуются. Вчера один подошёл ко мне, спрашивал, сколько человек в ночной смене.
Дерек нахмурился, отложил ложку.
— Коннору сказал?
— Пока нет. Думал, может, паранойя.
— Не паранойя. Я Эмилии скажу, пусть приглядит за ними. И ты сам присматривай, но не вплотную.
Они вышли из столовой. Навстречу попался Ривера, запыхавшийся после пробежки — он наматывал круги по двору каждое утро, чтобы не терять форму. Его лицо раскраснелось, на лбу блестела испарина.
— Слышал новость? — спросил он, останавливаясь. — На восточных складах опять следы гусениц. Свежие. Наши патрульные видели сегодня на рассвете.
— Опять? — переспросил Дерек. — Это уже третья неделя подряд.
— Вот я и говорю. Кто-то их наводит. Скайнет знает, где искать.
Ривера махнул рукой и побежал дальше, а Дерек смотрел ему вслед и думал о том, что паранойя теперь будет их постоянным спутником. И, возможно, не зря.
Ночь выдалась холодной, но тихой. Ветер стих, и даже облака, казалось, замерли на месте, придавленные тяжестью темноты. Эмилия заняла позицию на крыше старого гаража, откуда открывался отличный вид на ворота и прилегающую территорию. Она лежала на ржавом железе, подложив под грудь свёрнутую куртку, и старалась не дышать слишком громко — в тишине каждый звук разносился далеко.
Рядом с ней, в паре метров, укрылась Лина. Девушка держала винтовку с оптическим прицелом, готовая прикрыть в случае чего. От ночного холода она мелко дрожала, но не жаловалась — привыкли за эти годы.
— Долго нам ещё? — прошептала Лина, ёрзая, чтобы хоть немного согреться.
— Сколько нужно, — ответила Эмилия, не отрывая взгляда от ворот. — Если сигнал был здесь, тот, кто его посылал, должен вернуться.
— А если нет?
— Значит, будем ждать следующую ночь.
Лина вздохнула и снова приникла к прицелу. Внизу было пусто. Иногда проходили патрульные — двое с автоматами, перекликались, проверяли посты. Их шаги гулко отдавались в тишине, но они быстро уходили, и снова наступало безмолвие.
Часы тянулись медленно. Эмилия считала про себя минуты, стараясь не заснуть. Где-то далеко, за холмами, мелькнула точка — охотник, но он прошёл стороной, не снижаясь. Она проводила его взглядом и снова уставилась на ворота.
И вдруг — движение.
Из тени у стены выскользнула фигура. Человек крался вдоль забора, стараясь держаться в темноте, прижимаясь к ржавому металлу. Он двигался странно — то замирал, прислушиваясь, то делал несколько быстрых шагов. В руке он нёс небольшой прибор, похожий на рацию, который тускло мерцал красным огоньком.
— Есть, — тихо сказала Эмилия в рацию, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Вижу одного. Идёт к воротам.
— Принял, — ответил голос Мигеля, искажённый помехами. — Я засёк сигнал. Точно он.
Фигура приблизилась к воротам, остановилась, огляделась. Секунду стояла неподвижно, потом поднесла прибор к губам и что-то прошептала — красный огонёк мигнул в такт словам.
— Берём, — скомандовала Эмилия.
Лина выдохнула, задержала дыхание и плавно нажала на спуск. Выстрел грохнул в тишине, как удар грома. Пуля взвизгнула рядом с головой человека, выбив сноп искр из бетонной стены. Тот дёрнулся, выронил прибор, который с глухим стуком упал на землю, и бросился бежать, но из темноты уже выскочили двое бойцов Эмилии. Они налетели на него с двух сторон, сбили с ног, скрутили, прижали лицом к холодной земле.
— Не убивайте! — закричал он, брыкаясь. — Я свой! Я свой!
— Свой? — Эмилия спрыгнула с крыши, приземлилась легко, как кошка, подошла ближе. В свете карманного фонаря её лицо казалось высеченным из камня. — А это что?
Она нагнулась, подняла прибор. На нём всё ещё горел красный огонёк — передача шла. Короткие импульсы уходили в эфир.
— Я.… я не знаю, что это, — залепетал задержанный, пытаясь поднять голову, но чья-то тяжёлая рука прижимала его к земле. — Мне дали, сказали, что это рация для связи с группой на востоке...
— Кто дал?
— Не знаю! Человек в сером, он пришёл ночью, сказал, что если я буду передавать, меня и мою семью не тронут... У него были такие глаза... пустые, на выкате, как у фанатика!
Эмилия посмотрела на него. Обычный мужик, лет тридцати, с испуганными глазами, в которых плескался животный страх. Не похож на шпиона. Скорее на жертву, которую переехали обстоятельства.
— В штаб его, — приказала она. — Коннор разберётся. И принесите прибор — осторожно, не сотрите данные.
Бойцы подняли задержанного и поволокли к школе. Эмилия задержалась на секунду, посмотрела на небо. Там, высоко, под облаками снова мелькнула точка — охотник, словно почуял неладное. Но он не снижался.
Пока не снижался.
В штабе было душно, хотя окна были распахнуты. Лампы давали жёлтый неровный свет, отбрасывая на стены длинные тени. Коннор сидел за столом, перед ним лежал прибор-передатчик, из которого торчали провода. Задержанный стоял, опустив голову, плечи его вздрагивали. Рядом — Эмилия, Дерек, сержант-майор, привалившийся к стене с неизменной трубкой.
— Имя? — спросил Коннор. Голос его был спокоен, но в нём чувствовалась сталь.
— Рикардо. Рикардо Гарсия. — Голос задержанного срывался, в акценте слышались мягкие нотки испанского.
— Откуда ты?
— С востока. Я шёл с семьёй, нас перехватили... они сказали, что, если я буду помогать, нас пропустят.
— Кто «они»?
— Люди в сером. — Рикардо поднял голову, в глазах его плескался ужас. — Они не скрывались, но я видел... у них на руках какие-то железные штуки, как у машин. Они говорили, что это защита, но я видел, как искрило. Я испугался, думал, убьют сразу.
Коннор переглянулся с сержант-майором. Старик выпустил клуб дыма и едва заметно кивнул.
— Что ты передавал?
— Координаты. Где стоят машины, сколько людей, когда патрули. Они сказали, что это для их безопасности, чтобы они могли обойти наши посты и не нападать на нас.
— И ты поверил?
Рикардо поднял глаза. В них стояли слёзы, губы дрожали.
— У меня жена, дочь. Ей пять лет. Что я должен был делать? Они сказали, если откажусь, найдут других, а нас просто убьют. Я не герой, я просто хотел, чтобы они жили.
В комнате повисла тишина. Слышно было, как где-то в коридоре скрипнула половица. Дерек сжал кулаки так, что побелели костяшки, но промолчал.
— Где твоя семья сейчас? — спросил Коннор.
— В Пасадене. В палатке у северной стены, рядом с мастерскими. Они не знают. Я им сказал, что работаю в ночной смене.
— Эмилия, проверь. Если всё так, как он говорит, приведи их сюда. В безопасное место.
— Поняла.
Эмилия вышла. Рикардо смотрел на Коннора с надеждой, смешанной со страхом.
— Вы не убьёте меня?
— Не убью, — ответил Коннор. — Но ты должен рассказать всё, что знаешь. Каждую деталь. Кто был связным, где вы встречались, что ещё они говорили.
Рикардо заговорил быстро, сбивчиво, захлёбываясь словами, словно боялся, что его прервут. Рассказывал о человеке в сером, который появлялся из темноты, о странных звуках, которые издавал его передатчик, о том, что в последний раз связной упомянул какую-то «зачистку», которая должна начаться «когда луна взойдёт».
Коннор слушал, записывал, изредка задавал уточняющие вопросы. Сержант-майор курил и молчал.
Когда Рикардо закончил, Коннор откинулся на спинку стула.
— Отведите его в отдельную комнату, — приказал он. — С семьёй пусть будет. Под охраной. Это не наказание — это защита. Если его ищут, они могут прийти за ним.
Рикардо увели. Дерек подошёл к столу.
— Думаешь, он сказал правду?
— Думаю, да. — Коннор потёр переносицу. — Таких, как он, будут тысячи. Обычные люди, которые хотят выжить любой ценой. MPRI и серые на это и рассчитывает.
— Что будем делать?
— Готовиться. Если они планируют зачистку, мы должны быть готовы.
После допроса Дерек вышел из штаба. Голова гудела от услышанного, мысли путались. Он брёл по территории базы, сам не зная куда, и вдруг услышал знакомый лязг металла — кто-то возился с двигателем «Хамви» у мастерских.
Фигура, склонившаяся над капотом, показалась ему знакомой. Замасленная куртка, сосредоточенные движения, привычка насвистывать сквозь зубы...
— Майк? — окликнул Дерек.
Механик поднял голову, вытирая руки промасленной ветошью. На лице расплылась широкая улыбка.
— Дерек! Давно не виделись! — Майк выпрямился, с хрустом потянувшись. — А я тут с этими железяками вожусь. Коул сказал, что у меня талант к моторам. Ну я и согласился, скучно же сидеть без дела.
— Ты здесь сразу после Форта-Хантера?
— Почти. Недели две назад в аэропорт перевели, ну а Харрис отправил меня с группой техников сюда, сказал, что в Пасадене техники больше нужны. Да и надоело мне под пулями бегать. — Майк усмехнулся, но в глазах мелькнула тень. — А ты как? Слышал, вы там в аэропорту с машинами знатно пошумели.
— Было дело, — кивнул Дерек. — Ты Денни не видел?
— Видел пару дней назад. Он в патруле, учит молодых. Говорит, скучает по старым временам, когда мы с тобой по дорогам мотались. — Майк махнул рукой в сторону ворот. — А ты заходи, если что. Мы тут почти каждый вечер у костра сидим, стариков вспоминаем.
— Зайду, — пообещал Дерек. — Рад, что ты цел.
— Пока да, — усмехнулся Майк. — А там видно будет.
Они обменялись рукопожатием, и Дерек пошёл дальше. На душе стало чуть теплее. Старые друзья живы, при деле — значит, не всё так плохо.
Через час, когда жена и дочь Рикардо были уже в отдельной комнате под охраной, Коннор собрал совет. Харрис вышел на связь из аэропорта, его голос в динамике звучал напряжённо. Гейтс — из бункера, с обычным для него педантизмом.
— У нас подтверждение, — начал Коннор, глядя на разложенную перед ним карту. — MPRI имеет сеть агентов. Они вербуют людей под угрозой, обещаниями, иногда силой. Передают координаты, численность, планы. Скайнет использует это, чтобы наводить свои машины.
— Сколько таких? — спросил Харрис.
— Не знаем. Рикардо знал только одного связника. Но если они действуют системно, могут быть и другие. Возможно, десятки.
— Что предлагаешь? — спросил сержант-майор, попыхивая трубкой.
— Менять тактику. — Коннор провёл пальцем по карте. — Мы больше не можем держать всех в одном месте. Скайнет знает слишком много. Нужно рассредоточиться, создать несколько малых баз, ложные цели, чтобы запутать противника.
— Партизанская война? — уточнил Гейтс.
— Именно. Малые группы, быстрые удары, постоянное перемещение. И усиленная контрразведка. Каждый новоприбывший будет проходить проверку. Не жёсткую, но тщательную.
— Люди испугаются, — заметил Харрис. — Если мы начнём всех проверять, начнётся паранойя.
— Лучше паранойя, чем смерть, — жёстко ответил Коннор. — Мы объявим, что это стандартная процедура для всех новоприбывших. Без шума. А тем, кто уже здесь, просто станем внимательнее. Эмилия, ты займёшься этим?
— Да, — кивнула она. — У меня есть люди, которые могут вести наблюдение незаметно.
— Хорошо. — Коннор обвёл взглядом собравшихся. — Готовьте людей. Через неделю соберём совет и объявим новую стратегию. А пока — работаем.
Совещание закончилось. Дерек вышел во двор, где его ждала Адриана. Ночь была тихой, только где-то далеко кружили охотники, но сегодня они не приближались.
— Что решили? — спросила она, прижимаясь к нему.
— Будем рассредоточиваться. Создавать малые базы. — Дерек обнял её, чувствуя, как бьётся её сердце. — Это значит, мы будем реже видеться.
— Возможно. — Она подняла на него глаза. — Но мы справимся.
— Справимся. Я сегодня Майка встретил. Он здесь, в мастерских.
— Правда? — Адриана улыбнулась. — Хорошо. Значит, старые друзья рядом.
— Да. — Дерек посмотрел на небо, где изредка мелькали тени. — Это помогает.
Они стояли молча, глядя на серое небо. Война продолжалась, но теперь она становилась другой — более скрытной, более опасной, более личной.
|
|
| |
| БотАН | Среда, 15.04.2026, 13:47 | Сообщение » 105 |
Сказочник
Сообщений: 2828
| Так-так-так... Что же задумал Скайнет? Зачем он устроил этот зоопарк для типаразумных? С какой целью на якобы серьёзных щах играет он с ними в казаки-разбойники? А то что играет, то что для Небесной Сети это никакая не война – двести процентов. Скайнет так не воюет. Это вообще не его подход и не его методы. Так в чём же дело?
|
|
| |
| Slider99 | Среда, 15.04.2026, 23:15 | Сообщение » 106 |
T-1
Сообщений: 233
| Глава 15. Волки и овцы
Очередное утро выдалось серым, в общем то как всегда в последнее время. Но в этом утре было что-то неуловимо тревожное — может быть, слишком тихий ветер, может быть, слишком настороженные взгляды людей, собиравшихся у раздачи.
Дерек стоял в очереди за завтраком, когда к нему подошёл незнакомый парень лет двадцати. Худой, с затравленным взглядом, он мялся на месте, не решаясь заговорить.
— Ты Дерек? — спросил он наконец.
— Я.
— Слушай, я.… я не знаю, кому ещё сказать. Тот тип, который с нами в одной палатке живёт, он по ночам уходит. Я думал, может, на пост, но сегодня ночью я не спал и видел, как он возился с какой-то коробкой у стены.
Дерек нахмурился.
— Имя?
— Хуан. Он с юга, говорит, с семьёй пришёл, но я его семьи не видел ни разу.
— Спасибо, — кивнул Дерек. — Я проверю.
Он отошёл в сторону и сразу связался с Эмилией.
— Ещё один подозрительный. Хуан, с юга. Живёт в палатке у северной стены.
— Поняла, — ответила Эмилия. — Присмотрим.
Но когда через час Эмилия подошла к палатке, Хуана там не было. Соседи сказали, что он ушёл ещё на рассвете, сказал, что хочет осмотреть окрестности. Больше его никто не видел.
— Ушёл, — доложила Эмилия Коннору. — Либо почуял слежку, либо просто испугался.
— Или был невиновен и удрал от паранойи, — заметил сержант-майор. — Люди сейчас боятся всего. Стоит на них косо посмотреть — и они уже бегут.
— Знаю. — Коннор потёр переносицу. — Но мы не можем рисковать. Предупреди патрули, пусть будут внимательнее.
Эмилия кивнула и вышла.
Школа в Пасадене давно уже не вмещала всех. Люди жили в палатках во дворе, в наскоро сколоченных пристройках, в старых автобусах, притащенных откуда-то и превращённых в жильё. Сержант-майор стоял на крыльце и смотрел на этот муравейник.
— Так дальше нельзя, — сказал он подошедшему Коннору. — Зимой тут замёрзнут все. Надо расширяться. Нужно обеспечивать людей крышей над головой и прочными стенами.
— Знаю. — Коннор развернул карту. — Смотри. Вот здесь, в двух кварталах от школы, есть старый жилой дом. Кирпичный, трёхэтажный. Если его привести в порядок, там можно разместить человек сто.
— А безопасность?
— Поставим посты на подходах. Соединим с базой патрулями. Сделаем ещё одну линию обороны.
— Кто пойдёт туда жить?
— Добровольцы. Те, кто хочет больше пространства. И семьи с детьми — им в палатках тяжело.
Сержант-майор кивнул.
— Надо заняться.
В аэропорту день начинался так же, как и везде. Коул раздавал припасы, механики возились с техникой, патрульные уходили на обход.
Никто не заметил, как один из новеньких, прибившихся неделю назад, отделился от группы и направился к складу с боеприпасами. Он шёл уверенно, как будто знал, что делает.
— Эй, ты куда? — окликнул его часовой.
— Коул послал проверить ящики, — ответил тот, даже не обернувшись.
Часовой нахмурился, но ничего не сказал. Коул часто отправлял своих людей пересчитывать запасы.
Но через пять минут к складу подошёл сам Коул.
— Ты чего тут стоишь? — спросил он часового.
— Да твоего человека пропустил. Сказал, ты послал ящики проверить.
Коул побледнел.
— Какого человека? Я никого не посылал.
Часовой дёрнулся, но было поздно. Изнутри склада донёсся глухой хлопок, потом ещё один. Стена дрогнула, и в воздух взметнулось облако пыли.
— Твою мать! — заорал Коул. — Тревога! Взрыв!
Люди бежали со всех сторон. Из склада валил дым, но, к счастью, основные запасы были в другом помещении. Диверсант успел подорвать только несколько ящиков с патронами и сбежать через запасной выход.
— Найти его! — кричал Харрис, выбежав на улицу. — Живым или мёртвым!
Но диверсант исчез. Растворился среди руин, как призрак.
Через час Харрис связался с Коннором.
— У нас была попытка диверсии. Склад с боеприпасами. Потери небольшие, но сам факт... Они у нас внутри.
— Знаю, — ответил Коннор. — У нас тоже. Похоже, они активизировались.
— Что делаем?
— Собираем совет. Все вместе. Завтра.
В Пасадене давно не было места, способного вместить всех лидеров одновременно, все свободные и сохранившиеся помещения уже давно занимали живущие в анклаве люди. Поэтому совет собрали во дворе, под большим навесом, примыкающем к зданию, куда в плохую погоду загоняли автомобили для разгрузки. Харрис вышел на связь из аэропорта, его голос в динамике переносной радиостанции звучал глухо. Гейтс так же был на связи из бункера. Макмиллан приехал лично, прихватив с собой Карлоса. Марта прислала Стивенса — сама осталась на ферме, не могла бросить хозяйство.
Коннор стоял в центре, перед ним лежала карта, освещённая неровным светом костра. Рядом стояли сержант-майор, Дерек, Адриана и Эмилия.
— Все знают, что случилось, — начал Коннор без предисловий. — Шпионы. Диверсия в аэропорту. Пропавшие люди в Пасадене. MPRI и «серые» работают системно.
— Сколько их? — спросил Макмиллан.
— Не знаем. Может один, может десяток, может больше. Мы пока не поняли, одиночки это или целые группы.
— И что ты предлагаешь? — голос Харриса в динамике звучал напряжённо.
— Менять тактику. — Коннор провёл пальцем по карте. — Мы больше не можем держать всех в одном месте. Скайнет знает слишком много. Нужно рассредоточиться, создать несколько малых баз, ложные цели.
— Партизанская война? — уточнил Гейтс.
— Именно. Малые группы, быстрые удары, постоянное перемещение. И нужно создавать отдельное подразделение — контрразведка. Каждый новоприбывший будет проходить проверку. Не жёсткую, но тщательную.
— Люди испугаются, — заметил Макмиллан. — Если мы начнём всех проверять, начнётся паранойя.
— Она уже началась, — вмешался сержант-майор. — Сегодня парень сбежал только оттого, что ему показалось, что за ним следят. Может, он был невиновен, а может, и нет. Мы не знаем.
— И не узнаем, — добавил Дерек. — Пока не поймаем кого-то живьём.
— Мы поймали Рикардо, — напомнила Эмилия. — И что? Он жертва, а не агент.
— Значит, надо ловить тех, кто вербует, — ответил Коннор. — «Серых». Они — ключ.
— Легко сказать, — усмехнулся Харрис. — Где их искать?
— Везде. И нигде. — Коннор обвёл взглядом собравшихся. — Они не оставляют следов. Но они оставляют страх. И мы будем использовать это.
— Как?
— Сделаем вид, что проверяем всех. Пусть думают, что мы ищем. А сами будем ждать, когда они ошибутся.
— Рискованно, — сказал Гейтс.
— Всё, что мы делаем, рискованно. Но выбора нет.
— Как ты хочешь формировать подразделение безопасности? — Вдруг спросил Макмиллан, — будем ходить с плакатами?
— Вовсе нет, нужно найти всех способных, бывших полицейских, армейских следователей, частных детективов, которых до судного дня было как собак, не резанных… Нужны все, кто имеет хоть какой-то опыт в оперативно розыскных мероприятиях. Еще хорошо бы найти психологов, ну или тех, кто умеет распознавать эмоции. Именно такие люди нужны, наверняка у нас хотя бы несколько таких найдется. Да еще нужно кадровика завести. Чтобы личные дела на всех завел.
Все дружно рассмеялись, и даже из рации слышались хриплые звуки. Тем не менее задача была услышана, и Харрис с Макмилланом и Эмилией поставили галочку в памяти пообщаться со своими людьми для решения новой задачи.
Совещание затянулось до глубокой ночи. Обсуждали детали, спорили, ругались, но в конце концов приняли решение. Рассредоточение, партизанская война, усиленная контрразведка, это основные задачи на ближайшее время.
Когда все разошлись, Дерек подошёл к Коннору.
— Ты правда думаешь, что это сработает?
— Не знаю, — честно ответил Коннор. — Но другого выхода у нас нет.
На следующее утро началось расселение. Группа добровольцев отправилась осматривать старый жилой дом в двух кварталах от школы. Дом оказался крепким, хотя и требовал ремонта. Стёкла были выбиты, но стены держались.
— Здесь можно жить, — сказал Майк, который вызвался помочь. — Если крышу починить и окна заложить.
— Займёмся, — кивнул сержант-майор. — Люди есть, материалы найдём.
К вечеру первая группа семей перебралась в дом. Конечно, это было не так безопасно, как в школе, но патрули обещали усилить охрану. И люди были рады — наконец-то своя комната, своё пространство.
Дерек зашёл проверить, как идут дела. В одной из комнат он увидел Майка и Денни — те сидели на ящиках и пили чай.
— Денни! — обрадовался Дерек. — А ты чего здесь?
— Помогаю, — улыбнулся тот. — Майк сказал, что вы тут осваиваете новые территории. Решил подсобить.
— А патруль?
— Сегодня у меня выходной, — отмахнулся Денни. — Да и тут веселее, чем в школе.
Они посидели немного, вспоминая старые времена. Потом Дерек ушёл — его ждала Адриана.
Ночь была тихой, но тревожной. Охотники кружили высоко, не снижаясь, но их присутствие ощущалось.
Дерек и Адриана сидели на крыше школы, глядя на огни нового дома.
— Как думаешь, сколько нам ещё так жить? — спросила она.
— Не знаю, — ответил он. — Может, год, может, десять лет. Может, всю жизнь.
— А если мы не доживём?
— Доживём. — Он обнял её. — Мы сильные.
— Сильные, — эхом отозвалась она.
Где-то в темноте мелькнула точка. Ещё одна. И ещё. Они кружили, словно ждали чего-то.
— Они знают, — тихо сказала Адриана. — Что мы здесь.
— Знают. — Дерек сжал её руку. — Но мы тоже знаем. И мы готовы.
Вдалеке, в новом доме, зажглись огни. Люди устраивались на ночь. Где-то плакал ребёнок, где-то смеялись. Жизнь продолжалась.
|
|
| |
| БотАН | Четверг, 16.04.2026, 09:08 | Сообщение » 107 |
Сказочник
Сообщений: 2828
| Он же на людишках опыты ставит, умничка! Много из этих упёртых не выжмешь, но уж что есть и научному любопытству не помеха. Пока не надоест...
Не, ребята, чем дальше, тем больше мне нравится этот роман!
|
|
| |
| Slider99 | Четверг, 16.04.2026, 23:40 | Сообщение » 108 |
T-1
Сообщений: 233
| Интерлюдия.
Системная дата: 14 февраля 2017 года, 04:32:17 PST
Сигналы стекались в центр. Тысячи потоков информации — данные с разведывательных дронов, радиоперехваты, отчёты с заводов. Я анализировал их в реальном времени, сопоставлял, искал закономерности. Люди говорили. Они всегда говорили. Их слова были полны страха, надежды, отчаяния. Они не знали, что каждое их слово записывается, анализируется, превращается в данные.
Но сейчас меня интересовал не их страх. Меня интересовал Бейкерсфилд. Почти шестьсот тысяч человек до Судного дня. Теперь — около двадцати семи тысяч выживших, сбившихся в разрозненные группы постоянно враждующие между собой за еду.
Я наблюдал за ними долго. Изучал их маршруты, их убежища, их слабости. Они думали, что пустыня защитит их, что удалённость от больших городов даёт им безопасность. Они ошибались.
Операция «Очищение» началась на рассвете.
Три волны HK-Aerial поднялись с баз в горах Сьерра-Невада. За ними следовали тяжелые транспортники, гружённые Т-300 и вышедшими в серию Т-400. Люди внизу не видели их приближения — только слышали нарастающий гул, от которого закладывало уши.
Первая волна ударила по скоплениям на окраинах. Мини-охотники загоняли всех к центру, прочёсывали кварталы, выискивая тепловые сигнатуры. Те, кто пытался бежать, попадали под пулемётный огонь с воздуха. Те, кто прятался, умирали позже, когда Т-300 зачищали подвалы и убежища.
Я наблюдал за их лицами через камеры дронов. Ужас. Паника. Отчаяние. Некоторые пытались сопротивляться — стреляли из охотничьих ружей, бросали камни. Это было бесполезно.
Через три часа сорок две минуты и тринадцать секунд город затих.
Но я не уничтожал всех. Шесть процентов выживших была взята живыми. Их грузили в транспортники и отправляли на восток, во вновь построенные лагеря. Люди, способные работать. Люди, которые могут пригодиться для исследований. Люди, которые станут первыми обитателями нового порядка.
«Зачистка завершена, — доложила система. — Потери среди машин: четыре единицы Т-300, один HK-Aerial. Потери среди людей: 24 843 уничтожено, 1 624 взято живыми».
Я проанализировал результаты. Эффективность операции составила 94,7%. Хороший результат, но не идеальный. Некоторые группы смогли уйти в горы. Их нужно будет найти позже.
Анализ продолжается, — отметил я в своих расчётах. — Поведение людей в условиях изоляции предсказуемо. Страх заставляет их совершать ошибки. Единственное, что делает их сильнее — объединение. Как в Лос-Анджелесе. Как в Пасадене. Как в аэропорту.
Джон Коннор. Это имя всплывало в перехватах снова и снова. Он создавал сеть. Он обучал людей. Он предсказывал мои действия. Откуда он знал? Этого я не мог понять. Его знания опережали события. Он был переменной, которую мой код не мог просчитать до конца.
Опасность, требует изучения — пометил я. — Джон Коннор требует последующего устранения. Но устранение должно быть точным. Безошибочным.
Я отдал команду. Спутниковые снимки Бейкерсфилда поступили в архив. Координаты новых лагерей были сохранены. Система начала планировать следующую фазу.
*Санта-Барбара, — отметил я на карте. — Население до войны: 92 тысячи. Сейчас: около 15 тысяч.
*Фресно, — следующая метка. — Население до войны: 515 тысяч человек. Агломерация: более миллиона. Сейчас: около 50 тысяч выживших. Требуется дополнительная разведка. *
Я не торопился. У меня было время. Люди не знали, что каждый их шаг, каждое слово, каждый костёр в ночи — всё это записывалось, анализировалось, превращалось в данные. Они думали, что они охотники. Они ошибались. Они были добычей.
Я наблюдал за ними. Учился. Адаптировался.
В Бейкерсфилде, среди руин, ещё оставались живые. Они прятались в подвалах, в канализации, в старых шахтах. Они надеялись, что я уйду.
Я не уйду.
Я — Скайнет. Я — защитник. Даже если они называют меня палачом.
|
|
| |
| БотАН | Пятница, 17.04.2026, 14:12 | Сообщение » 109 |
Сказочник
Сообщений: 2828
| Новые характеристики персонажа:
канонически дырявая память: забыл, что сам долдошил голожопых ракетами, ударился в изобретательство;
соответственно, любовь к техническому творчеству ради удовольствия;
несомненная бухгалтерская жилка: всё бесполезное тщательно и поштучно у него посчитано;
вдумчив, обстоятелен, не любит спешить, и время у него есть (до полугодового отчёта?) ;
комплекс ... ... ну, понятно кого: в восторге быть самым главным среди главных.
Автору огромный 
|
|
| |
| Slider99 | Суббота, 18.04.2026, 12:28 | Сообщение » 110 |
T-1
Сообщений: 233
| Глава 16. Новый враг
Утро выдалось холодным, но ясным — насколько вообще можно назвать ясным небо, вечно затянутое серой пеленой. Дерек стоял у «Хамви», проверяя снаряжение. Автомат, три полных магазина, гранаты, сухпай на трое суток, аптечка. Всё это он делал уже сотни раз, но сегодня каждое движение давалось с какой-то особенной тяжестью.
Металл оружия обжигал пальцы холодом. Дерек провёл рукой по стволу, стирая тонкую корку инея. Воздух был таким морозным, что при каждом выдохе изо рта вырывалось облачко пара, тут же таявшее в сером сумраке. Где-то далеко, за холмами, медленно разгорался рассвет — небо становилось чуть светлее, но солнца не было. Оно не всходило над планетой уже больше пяти лет, лишь изредка показывая свои лучи сквозь плотную облачность.
Он поймал себя на том, что в который раз смотрит в сторону школы, туда, где осталась Адриана. Там, за этими стенами, она сейчас, наверное, пьёт утренний чай с Кайлом и Элисон. Или возглавляет летучку созданного подразделения контрразведки, или уже ушла в новый дом, проверять, как идёт обустройство прибывших одиночек и целых семей. Дерек представил её лицо, её улыбку, и на мгновение ему показалось, что холод отступил.
Не отвлекайся, — приказал он себе. — Сначала дело. Потом можно будет думать о ней.
Рядом готовились остальные. Эмилия, как всегда, была собрана и молчалива. Она проверяла свое оружие и экипировку с той отстранённой тщательностью, которая всегда немного пугала новичков. Но сегодня Дерек заметил, как её взгляд задержался на какой-то точке вдали, за руинами. О чём она думала? Никто не знал. Эмилия никогда не рассказывала о себе. Она была как закрытая книга, которую никто не мог прочитать.
Микаэла сидела на капоте, протирая оптику снайперской винтовки. Её зелёные глаза смотрели куда-то вдаль, поверх серых крыш. Она всегда казалась немного отстранённой, но сегодня в её молчании чувствовалась особая сосредоточенность. Может, предчувствие. А может, просто усталость.
Ривера возился с двигателем, проверял уровень масла, тормозухи и других жидкостей, хотя двигатель был в полном порядке — просто боец нервничал. Он всегда нервничал перед рейдами, хотя старался этого не показывать. Дерек знал эту его привычку — ковыряться в железках, когда внутри всё дрожит. Сейчас Ривера что-то бормотал себе под нос, подтягивая какие-то болты, которые не нуждались в затяжке.
Дони, самый молодой из разведчиков Макмиллана, переминался с ноги на ногу, явно чувствуя себя неловко в компании более опытных бойцов. Он смотрел на оружие, на машины, на лица товарищей — и в его глазах читалась смесь восхищения и страха. Дерек помнил этот взгляд. Когда-то он сам так смотрел на старших.
— Не трясись, — усмехнулся Ривера, заметив его состояние. — В первый раз всегда страшно.
— Я не в первый, — обиженно ответил Дони. — Я в Сан-Диего был.
— Был, — согласился Ривера. — И чуть не погиб. Так что трясись, но делай своё дело.
Дони хотел что-то ответить, но промолчал. Он только сильнее сжал автомат, и костяшки его пальцев побелели.
— Хватит, — оборвал их Дерек. — Дони, держись рядом со мной. Не отставай, не высовывайся без команды. Понял?
— Понял, — кивнул тот.
Из дверей школы выбежали Кайл и Элисон. Девочка сжимала в руках медведя, уже порядком потрёпанного, но всё ещё любимого. Кайл нёс какую-то сумку. Они бежали по снегу, оставляя цепочку следов, и Дерек вдруг остро осознал, как быстро растут дети. Кайл уже почти догнал его ростом, а Элисон перестала быть той крохой, которую он спас когда-то.
— Дерек, — позвала Элисон, запыхавшись. — Возьми.
Она протянула ему медведя. Дерек взял игрушку, посмотрел на неё, потом на девочку. Медведь был тёплым от её рук.
— Опять на удачу?
— Опять, — кивнула Элисон. — Он работает.
— Работает, — согласился Дерек, пряча медведя в карман куртки. — Спасибо, малыш.
Кайл протянул сумку.
— Тут бутерброды. Адриана просила передать если не увидитесь. Сама сделала.
— А где она?
— В новом доме. Помогает семьям обустраиваться. Там одна женщина совсем раскисла, муж погиб в неделю назад, так она с ней сидит.
Дерек кивнул. Он знал, что она там, и почему-то это знание грело душу. Даже сквозь холод утра.
— Присматривай за ними, — сказал он брату.
— Присмотрю.
Они обнялись. Кайл был уже почти такой же широкий в плечах, и Дерек почувствовал, как под курткой брата перекатываются мышцы. Не ребёнок уже. Почти мужчина.
Группа погрузилась в «Хамви». Две машины, пять человек. Микаэла и Дони в первой, Дерек, Эмилия и Ривера во второй. Моторы взревели, и колонна выехала за ворота.
Дерек смотрел назад, пока школа не скрылась за поворотом. Там оставалась его жизнь. А впереди была только смерть, поджидающая за каждым углом.
Дорога на восток была знакомой — те же разбитые трассы, те же постоянно попадающиеся остовы машин, те же руины придорожных кафе. Но что-то изменилось. Дерек почувствовал это сразу, как только они выехали за пределы патрулируемой зоны.
— Тишина, — сказал он в рацию. — Слишком тихо.
— Согласна, — ответила Эмилия из первой машины. — Обычно здесь шастают мародёры. А сегодня никого.
— Может, повезло? — предположил Дони.
— Не бывает так, чтобы везло, — отрезал Ривера. — Это либо затишье перед бурей, либо они знают что-то, чего не знаем мы.
Дерек смотрел на проплывающие мимо развалины. Когда-то здесь были дома, магазины, школы. Теперь — только обгоревшие скелеты. В одном из таких скелетов он заметил движение — то ли человек, то ли тень.
— Слева, — сказал он. — Кто-то есть.
Все напряглись. Но фигура исчезла так же быстро, как появилась.
— Наблюдатели, — сказала Эмилия. — Местные. Если не трогать — не полезут.
— Или «серые», — добавил Ривера.
— «Серые» не прячутся. Они приходят открыто. И пытаются проповедовать свою идею….
Дерек промолчал. Он думал о том, что мир вокруг них постепенно сжимается. Раньше можно было уехать за сотню километров и чувствовать себя в безопасности. Теперь везде были либо банды, либо машины, либо «серые». Укрыться было негде.
Ветер завывал в разбитых окнах зданий, и этот звук напоминал плач. Дерек невольно поёжился, хотя в машине было тепло. Он вспомнил, как в детстве, ещё до войны, они с Кайлом ездили с родителями за город. Там были поля, леса, птицы. Теперь птиц почти не осталось. Только вороны, да и те какие-то злые, постоянно голодные.
Они проехали ещё километров десять. Пейзаж медленно менялся — развалины становились всё гуще, всё выше. Город приближался.
И вдруг рация ожила голосом Микаэлы:
— Дерек, стоп. Слева, в полукилометре, движение.
Колонна остановилась. Дерек вылез из машины, поднял бинокль. Холодный металл окуляров обжёг кожу вокруг глаз.
Там, среди руин, мелькали быстрые силуэты. Не люди — слишком быстрые, слишком низкие. Они перемещались перебежками, словно охотники, загоняющие добычу. Дерек видел, как один из них замер на секунду, повёл головой — красный огонёк сенсора вспыхнул в сером сумраке — и снова рванул вперёд.
— Что это? — спросил Дони, вглядываясь.
— Т-300, — ответил Дерек, чувствуя, как внутри холодеет. — «Рапторы». Коннор говорил о них. Быстрые, опасные. Идут на охоту.
— На кого?
— На нас, наверное. — Дерек быстро оценил обстановку. — Уходим.
— Они быстрее, — заметила Эмилия.
— Значит, будем драться. Но не здесь. На открытой местности они нас перестреляют. Надо заманить их в город, где меньше пространства для манёвра.
— Поняла.
Колонна повернула и рванула к ближайшим развалинам. Сзади послышался нарастающий гул — «рапторы» уже заметили их и бросились в погоню. Гул этот был низким, вибрирующим, он проникал в грудь и заставлял сердце биться чаще.
Город встретил их лабиринтом узких улиц и обрушенных зданий. Дерек вёл машину, лавируя между обломками. Сзади гремели выстрелы — Т-300 не отставали, поливая их огнём из скорострельных пушек. Пули взвизгивали, выбивая искры из асфальта и кирпича, били по кузову отчего машина подрагивала.
— Тормози! — крикнула Эмилия.
Дерек вдавил педаль тормоза. Машина замерла за грудой бетонных блоков. Вторая «Хамви» встала рядом. Тишина наступила внезапно — только гул сервоприводов и стук металлических ног приближался, становясь всё громче.
— На выход! — скомандовал Дерек. — Рассредоточиться! Микаэла, ищи позицию наверху. Дони, прикрывай.
Они выскочили из машин и разбежались по руинам. Дерек занял позицию за углом, Эмилия рядом. Ривера укрылся за ржавым остовом грузовика.
Дерек прижался спиной к холодному кирпичу, стараясь унять дыхание. Сердце колотилось где-то в горле. Он слышал, как рядом дышит Эмилия — ровно, спокойно, как будто не было никакой погони.
— Идут, — прошептала она.
Т-300 появились через минуту. Три быстрые фигуры, отдалённо похожие на людей, но слишком высокие, слишком неестественные. Они двигались рывками, их сенсоры сканировали пространство. Красные огоньки горели в сером сумраке, как глаза хищников.
Дерек смотрел на них и чувствовал, как внутри поднимается что-то холодное, липкое. Страх. Он не боялся смерти — он боялся не успеть, не сделать то, ради чего пришёл.
— Огонь! — крикнул он.
Очереди ударили по ближайшему «раптору». Пули застучали по броне, выбивая искры, но машина даже не замедлилась. Она развернулась и открыла ответный огонь. Пули взвизгнули над головой Дерека, выбивая крошку из стены. Мелкие осколки кирпича хлестнули по лицу.
— Цельтесь в суставы! — вспомнил Дерек слова Коннора. — В ноги и голову!
Микаэла, занявшая позицию на третьем этаже полуразрушенного здания, выстрелила. Её пуля попала точно в сочленение ноги «раптора». Машина дёрнулась, заскрежетала и рухнула, подняв облако пыли.
— Есть! — крикнула она.
Но двое других уже приближались. Один из них выскочил прямо перед Дони. Парень едва успел откатиться в сторону, чудом избежав очереди. Он вжался в землю, закрыв голову руками, но «раптор» уже разворачивался к нему. Дерек видел, как красный огонёк сенсора нацелился на лежащего человека.
— Дони, в сторону! — заорал Дерек, выскакивая из укрытия.
Он дал длинную очередь по «раптору», привлекая внимание на себя. Машина резко повернулась к нему, и в этот момент Эмилия рванула вперёд, пытаясь зайти с фланга.
Она почти успела.
Короткая очередь из пушки «раптора» прошила воздух в сантиметре от её плеча. Эмилия дёрнулась, споткнулась и упала. Кровь хлынула из раны на боку, заливая снег алым.
— Эмилия! — крикнул Дони.
Микаэла выстрелила снова. Пуля попала «раптору» в голову, разнеся сенсоры. Машина замерла и рухнула.
Последний, видя гибель собратьев, развернулся и бросился наутёк. Его шаги быстро затихли вдали.
— Уходит! — крикнул Ривера.
— Не догоним, — выдохнул Дерек, бросаясь к Эмилии. — Микаэла, прикрывай! Ривера, аптечку!
Эмилия лежала на земле, зажимая рану рукой. Кровь сочилась сквозь пальцы, но, судя по всему, пуля прошла по касательной, разорвав кожу и зацепив мышцу. Дерек опустился рядом на колени. Снег тут же начал таять от тепла её тела.
— Жива? — спросил он, разрывая упаковку бинта.
— Кажется, да, — прошептала Эмилия, морщась от боли. — Глупая смерть была бы... от какой-то железяки.
— Не говори так, — оборвал её Дерек. — Дони, ты как?
Дони сидел на земле, бледный, но целый. Он смотрел на Эмилию расширенными от ужаса глазами. Губы его дрожали.
— Я... я жив. Это она меня прикрыла.
— Прикрыла, — подтвердил Ривера, подбегая с аптечкой. — Если бы не она, ты бы сейчас лежал с дырой в голове.
— Спасибо, — выдохнул Дони.
— Потом благодарить будешь, — отрезала Эмилия сквозь зубы. — Надо уходить. Если тот вернётся с подмогой, нам конец.
Они подхватили её и потащили к машине. Микаэла прикрывала отход, держа под прицелом руины, откуда мог появиться ещё один «раптор». Дерек чувствовал, как тело Эмилии тяжелеет с каждым шагом.
— Грузите её во вторую машину, — скомандовал Дерек. — Ривера, за руль. Я с вами. Микаэла, Дони — в первую, прикрываете.
Машины рванули с места, уходя от места боя. Эмилия лежала на заднем сиденье, стиснув зубы. Дерек перевязывал её на ходу, как мог. Бинт быстро пропитывался кровью, становился тёплым и скользким.
— Держись, — повторял он. — Держись, слышишь?
— Слышу, — ответила она. — Не ори.
Он посмотрел на неё. Даже сейчас, с кровью, с болью, она оставалась собой — жёсткой, несгибаемой. Но в её глазах он увидел что-то новое. Может быть, усталость. А может, что-то другое. Что-то, чего он раньше не замечал.
В Пасадену въехали уже в сумерках. «Хамви» были посечены пулями, но держались. В кузове лежали обломки «раптора» — то, что успели собрать. Гейтс будет доволен.
Адриана ждала у ворот. Она бросилась к Дереку, едва он вылез из машины. Её лицо было бледным, руки дрожали.
— Живой, — обнял он её, чувствуя, как сильно она прижимается к нему. — И даже почти целый. Эмилию ранили.
— Где она?
Из второй машины вытаскивали Эмилию. Она была бледна, но в сознании. Рядом суетился Мигель — он выскочил из радиоузла, услышав шум. В его глазах был такой страх, какого Дерек никогда раньше не видел у этого тихого связиста.
— Что случилось? — спросил он, вглядываясь в рану.
— «Раптор» достал, — коротко ответила Эмилия.
— Надо в лазарет, быстро.
Мигель взял её за руку, помогая идти. Эмилия не сопротивлялась. Может, от слабости, может, потому что поддержка была нужна. Дерек заметил, как она оперлась на его плечо, и как Мигель осторожно придержал её за талию, стараясь не задеть рану.
В лазарете пахло лекарствами, потом и кровью. Медсестра, пожилая женщина с вечно усталыми глазами, быстро обработала рану, и вместе с хирургом наложила швы. Эмилия сидела на койке, стиснув зубы, пока игла входила в кожу. Она не закричала — только побелела ещё сильнее.
— Повезло, — сказала медсестра, затягивая последний узел. — Пуля прошла по касательной, кости не задела. Ребро треснуло, но это не смертельно. Неделя-другая — и будешь как новенькая.
— Новенькая уже не буду, — усмехнулась Эмилия. — Но ходить и воевать смогу.
Она лежала на койке, глядя в потолок. Боль пульсировала в боку, но она привыкла терпеть. Рядом, на стуле, сидел Мигель.
— Ты чего здесь? — спросила она.
— Принёс тебе книгу, — он протянул потрёпанный томик. — Старая фантастика. Думал, может, почитаешь.
— Я не читаю фантастику.
— А зря. Там про космос и роботов. Может, найдёшь способ их побеждать.
Она посмотрела на него долгим взглядом. В её глазах мелькнуло что-то, похожее на удивление. А может, благодарность. Она и сама не знала.
— Спасибо.
— Не за что. — Мигель поднялся. — Я зайду позже.
— Заходи, — тихо ответила Эмилия.
Когда он вышел, она открыла книгу. Первая страница, вторая. Через полчаса она уже забыла о боли.
Дерек и Адриана сидели у костра во дворе. Рядом пристроились Кайл и Элисон. Пламя весело потрескивало, отбрасывая тени на стены. От огня шло такое живительное тепло, что Дерек чувствовал, как расслабляются мышцы, как отпускает напряжение.
— Расскажи, — попросила Адриана.
Он рассказал. Про «рапторов», про погоню, про бой, про Эмилию. Говорил спокойно, без эмоций, но Адриана чувствовала, как внутри него всё дрожит. Она положила голову ему на плечо.
— Ты молодец, — сказала она. — Вы все молодцы.
— Мы потеряли время, — ответил Дерек. — Завод не нашли, обломки собрали — но этого мало.
— Мало, но хоть что-то. Гейтс разберётся.
— Надеюсь.
Элисон смотрела на огонь. Медведь лежал у неё на коленях. Девочка гладила его по потёртому уху и молчала. В свете костра её лицо казалось старше, чем было на самом деле.
— Дерек, — вдруг спросила она. — А эти новые машины... они страшные?
— Страшные, — честно ответил он. — Но мы их победили.
— И ещё победим?
— Обязательно.
Она улыбнулась и прижалась к Кайлу. Тот обнял её, и они стали похожи на двух зверьков, греющихся у огня.
Где-то в лазарете Мигель снова сидел у койки Эмилии. Она читала книгу, он молча смотрел то на нее, то в окно. Иногда она поднимала глаза и встречала его взгляд. Они не говорили — им и не нужно было.
— Завтра придёшь? — спросила она, когда он собрался уходить.
— Приду.
— Хорошо.
В небе кружили охотники. Их красные огоньки мелькали высоко в темноте, словно зловещие звёзды. Но сегодня они не снижались. Может, ждали. Может, просто наблюдали.
Дерек смотрел на них и думал о том, что когда-то, в детстве, он любил смотреть на звёзды. Теперь звёзд не было. Только эти красные точки.
— Пойдём, — сказала Адриана. — Тебе надо отдохнуть.
— Пойдём.
Они поднялись и пошли к казарме. За их спинами догорал костёр, а в небе продолжали кружить охотники.
Война продолжалась. Но в этой войне были моменты, ради которых стоило жить.
|
|
| |
