|
Повороты судьбы
|
|
Slider99  | Суббота, 21.03.2026, 20:15 | Сообщение » 71 |
 T-1
Сообщений: 209
| Глава 19: «Рейд»
Вечер опустился на базу незаметно — серые сумерки просто сменились чёрной, непроглядной тьмой. Тяжёлые тучи висели так низко, что казалось, до них можно дотянуться рукой. Снег всё падал — мелкий, колючий, злой, он забивался за воротники, скрипел под ногами, делал воздух обжигающе холодным. Но люди на базе в Пасадене не обращали внимания на погоду. Они готовились к рейду.
Бойцы Коннора прибыли к вечеру — две дюжины крепких, обветренных мужчин и женщин в камуфляже, в бронежилетах и касках, с автоматами за плечами и усталыми, но цепкими глазами. Их доставила небольшая колонна: два «Хамви», покрытых грязью и копотью, и старый армейский грузовик М35, чей двигатель периодически кашлял и чихал, но всё равно тащил положенное. В кузовах были припасы: ящики с оружием, патронами, медикаментами, а также сухпайками и тёплыми вещами.
Разгрузка шла быстро, без лишнего шума. Людей Коннора разместили в уцелевших классах, а сержант-майор лично проследил, чтобы лекарства немедленно доставили в лазарет. Когда последний ящик исчез в дверях школы, старик перевёл дух и направился в кабинет, где его уже ждал Коннор.
Дерек стоял немного в стороне, наблюдая за сборами. Внутри всё кипело — он отомстить за погибших, за Мартинеса, за двадцать девять свежих могил, за Стивенса и Джонсона, которые томились неизвестно где. Руки парня сами сжимались в кулаки.
— Дерек.
Голос сержант-майора вырвал его из оцепенения. Старик подошёл и положил руку ему на плечо.
— Ты остаёшься здесь.
— Что? — Дерек рванулся, но сержант-майор лишь крепче сжал плечо. — Сэр, я должен быть там! Это мои друзья, мои…
— Знаю, — перебил старик. — Потому и остаёшься. Посмотри на себя — ты на пределе. Устал, измотан, голова забита Адрианой и братом. Ты кипишь от ярости… В бою такие, как ты, ошибаются. А цена ошибки — жизни людей.
— Но…
— Никаких «но». — Сержант-майор посмотрел ему в глаза. — Ты нужен здесь. У нас много раненых, бойцов почти не осталось, да и те, кто есть, либо легко ранены, либо идут в рейд. Кайл и Элисон — они держались, но им нужен старший брат. Тот, кто сможет защитить, если… если вдруг что-то пойдёт не так.
Дерек хотел возразить, но слова застряли в горле. Сержант-майор был прав. Он чувствовал, как дрожат руки, как путаются мысли. Ещё немного — и он сорвётся.
— Ты уже сделал главное, — тихо добавил старик. — Привёл Коннора. достал лекарства. Теперь дай другим сделать их работу.
Дерек молча кивнул. Глаза защипало, но он сдержал слёзы.
— Иди к ней, — сказал сержант-майор. — Она ждёт.
Дерек повернулся и пошёл в сторону лазарета.
В лазарете было тихо — только редкие стоны раненых да размеренные шаги медсестры. Адриана лежала с открытыми глазами. Бледная, осунувшаяся, но взгляд её был ясным.
— Ты не спишь, — сказал Дерек, присаживаясь рядом.
— Ждала тебя.
Он взял её руку — горячую, сухую, с едва уловимым пульсом.
— Как ты?
— Жива. Медсестра сказала, антибиотики подействовали. Так что если до утра доживу — выкарабкаюсь.
— Доживёшь, — твёрдо сказал Дерек.
Она слабо улыбнулась.
— Слышала, ты идешь с ними.
— Хотел. Но меня оставили.
— Это правильно. — Она сжала его пальцы. — Останься со мной. Пожалуйста.
— Останусь.
Адриана закрыла глаза. Дыхание её стало ровнее. Дерек сидел, держа её за руку, и смотрел, как за окном падает снег.
В углу двора, под навесом из старого шифера, горел маленький костёр. Кайл и Элисон сидели рядом, прижавшись друг к другу. Медведь лежал у неё на коленях, грязный, в пятнах крови, но она не выпускала его.
— Холодно, — прошептала Элисон.
— Терпи. Скоро утро.
Она помолчала, потом спросила:
— Кайл, а ты боишься?
— Чего?
— Всего. Стрельбы. Бандитов. Того, что опять придётся прятаться.
Кайл посмотрел на небо. Чёрное, беззвёздное, тяжёлое.
— Боюсь, — честно ответил он. — Но, когда ты рядом, страх меньше.
— Правда?
— Правда.
Элисон уткнулась в плечо мальчишки.
— Я тоже меньше боюсь, когда ты рядом. Ты как будто… как будто защищаешь.
— Буду защищать всегда, — сказал Кайл, и голос его прозвучал так серьёзно, что Элисон даже удивилась. — Обещаю.
— А если тебя убьют?
Кайл вздрогнул.
— Не убьют. Я обещал Дереку, что присмотрю за тобой. Я не нарушаю обещаний.
Они замолчали. Снег всё падал, укрывая их плечи белым покрывалом. Где-то вдалеке завыл ветер, но здесь, у костра, было почти тепло.
— Кайл, — вдруг сказала Элисон. — Я хочу научиться стрелять. Как ты.
— Зачем?
— Чтобы тоже защищать. Тебя. Дерека. Адриану. Всех.
Кайл посмотрел на неё. Маленькая, хрупкая, в огромной куртке, сжимающая игрушку. И в глазах — такая решимость, что у него перехватило дыхание.
— Научу, — сказал он. — Когда всё закончится.
— Обещаешь?
— Обещаю.
В кабинете, за столом, заваленном картами, сидели двое. Сержант-майор Гиббонс и Джон Коннор. Перед ними лежал план логова «Свободы» — наспех зарисованный со слов пленных.
— У них там осталось человек тридцать, — говорил Коннор, водя пальцем по карте. — Может, даже меньше после вчерашнего. Основные силы разбиты, но остатки могли укрыться. Вот здесь — основной вход. Здесь — запасной. А здесь, держат пленных.
— Охрана?
— Есть посты по периметру, двое на входе, один на крыше. Внутри — казарма, склад, штаб. Если заходить с тыла, через этот овраг, можно подобраться незаметно.
Сержант-майор внимательно слушал, изучая карту.
— Твои люди готовы?
— Всегда готовы. — Коннор поднял глаза. — Но дело не только в готовности. Важно, кто поведёт.
— Ты о чём?
— Я пойду первым. — Коннор сказал это спокойно, но так, что стало ясно: это не обсуждается. — Мои люди знают меня, доверяют. Если я буду впереди, они пойдут за мной куда угодно.
Сержант-майор нахмурился.
— Ты командир. Твоё место — руководить, а не лезть под пули.
— Моё место — там, где мои люди. — Коннор выдержал его взгляд. — Я не посылаю других туда, куда не готов пойти сам. Так меня учила моя мать. Так я выжил. И так мы победим.
Старик помолчал, потом усмехнулся. — Хотел бы я знать ее лично. Хорошая школа.
— Лучшая.
Коннор снова склонился над картой.
— План следующий. Эмилия и её команда пойдут с тыла — они знают местность. Десантники ударят в лоб, отвлекут основные силы. Мы с моими людьми заходим через овраг, берём штаб и освобождаем пленных. Снайперы снимают дозоры и охранение. Всё должно быть синхронно.
— А как доберётесь? — спросил сержант-майор. — До их базы километров пятнадцать, если не двадцать.
— У меня два «Хамви» и грузовик, — ответил Коннор. — Подбросят нас почти до самого места. Остановимся километрах в трёх, чтобы не спугнуть шумом. Дальше — пешком, по снегу.
— Хорошо. А припасы, которые привезли?
— Всё уже разгрузили. Лекарства передали в лазарет, продукты — на склад. Машины пустые, пойдут под нас.
— Добро. — Сержант-майор кивнул. — Возвращайтесь живыми.
Коннор посмотрел ему в глаза.
— Я приведу их обратно. Всех, кого смогу. Обещаю.
Они обменялись крепким рукопожатием.
— Возвращайся, сынок.
Утро наступило внезапно. Просто серый сумрак стал чуть светлее, и люди поняли: пора.
Во дворе, урча моторами, стояли два «Хамви» и старый армейский грузовик М35, видавший виды. Бойцы грузились в кузова, проверяли оружие, перебрасывались короткими фразами. Коннор стоял рядом с головной машиной, сверяясь с картой.
— Эмилия, ты со своими в первый «Хамви», — распорядился он. — Десант — во второй. Мои люди — в грузовик. Выдвигаемся колонной, дистанция пятьдесят метров. Скорость минимальная, чтобы не шуметь.
— Поняла, — кивнула Эмилия.
Через пять минут колонна тронулась. Снег летел из-под колёс, машины заносило в поворотах на замёрзшей дороге, но водители держали строй. В кузовах бойцы молчали, каждый думал о своём.
Дорога заняла почти час. Километрах в трёх от базы «Свободы» Коннор поднял руку, и колонна остановилась. Двигатели заглохли, и в наступившей тишине стало слышно, как ветер шумит в голых ветвях.
— Дальше пешком, — тихо скомандовал Коннор. — Атаки сегодня они скорее всего не ждут, Эмилия, твоя группа — в обход справа. Десант — занимают позицию у входа, ждут моего сигнала. Мы идём прямо.
Бойцы бесшумно рассредоточились. Коннор повёл свою группу через небольшой подлесок в сторону оврага, ориентируясь по карте и компасу. Снег скрипел под ногами, но ветер заглушал звуки.
Через полчаса они вышли к на место. Коннор поднял руку — все замерли.
— Здесь, — шепнул он. — За этим холмом их логово. Эмилия, ты на месте?
— Да, — раздалось в наушнике. — Вижу вход с тыла. Двое часовых.
— Жди сигнала.
Коннор жестом разделил людей. Трое остались с ним, остальные рассредоточились по краю оврага.
— Снайпера огонь, Десант, начинайте.
Вдалеке загрохотали выстрелы. Короткие очереди, взрывы, крики. Со стороны базы бандитов взметнулись дым и пламя.
— Пошли!
Коннор рванул вперёд. За ним — его бойцы. Они ворвались в тыл, когда охрана ещё не поняла, что происходит. Двое часовых упали, даже не успев вскинуть оружие.
— Эмилия, заходи!
Девушки ударили с фланга, зажимая бандитов в клещи. Коннор с группой прорывался к штабу. Короткие очереди, удары прикладов, хрипы и крики — всё смешалось в один сплошной гул боя.
— Штаб чист! — крикнул кто-то.
— Подвал! — скомандовал Коннор. — Быстро!
Он первым ворвался в подвал. Там, в углу, на грязном полу, лежали двое. Избитые, измождённые, еле живые..
— Стивенс? Джонсон?
Один из них поднял голову. В темноте блеснули глаза. — Ты кто? — голос звучал хрипло, едва слышно.
— Коннор?
— Коннор, я пришёл вытащить вас. — Джон опустился рядом, перерезал верёвки. — Пора домой.
Стивенс попытался улыбнуться, но губы не слушались.
— Мы знали… знали, что вы нас не бросите.
— Никогда. — Коннор поднял его на ноги. — Выносите! Живо!
Через десять минут всё было кончено. Бандиты бежали, бросив раненых и убитых. Штаб горел. Коннор стоял у входа, глядя, как его люди выводят пленных.
— Командир, — подбежал один из бойцов. — Мы нашли документы. Целая папка. И вот это.
Он протянул несколько металлических жетонов. Перечёркнутый меч.
Коннор сжал их в кулаке.
— MPRI. — Он посмотрел на горизонт, где клубились тучи. — Скоро, сволочи. Скоро.
В кабинете сержант-майора снова было тесно. На столе лежали жетоны, бумаги, карты.
— Стивенс рассказал, — начал Коннор. — что он слышал, как бандиты говорили, что людей отправляют куда-то на восток. К заводу.
— Значит, наш завод, — кивнула Эмилия.
— Именно.
Дерек пролистывал бумаги. Имена, даты, цифры. Поставки «живого товара». Платежи. Планы поставок, — Это они, — тихо сказал он. — MPRI. Они забирают людей. Для чего?
— Для работы, — ответил Коннор. — Для опытов. Для того, чтобы строить свои машины.
— А папа Элисон… — Дерек посмотрел на жетон. — Он работал на них.
— Значит, он знал. И они убили его, чтобы он молчал.
Тишина повисла в комнате. Каждый думал о своём. Дерек сжал кулаки.
— Мы должны их остановить.
— Остановим, — твёрдо сказал сержант-майор. Теперь у нас есть доказательства.
— У нас есть координаты, — сказал Коннор. — Есть люди. Есть оружие. И есть причина. MPRI связан со Скайнет.
— Они строят машины. Они похищают людей. Если мы не остановим их сейчас, потом будет поздно. — добавил сержант-майор.
— Атакуем завод, — кивнула Эмилия. — Когда?
— Нужна подготовка. Разведка, припасы, план. — Коннор посмотрел на карту. — Дадим себе неделю. А потом будем планировать удар.
— Согласен, — сказал сержант-майор. — Всем готовиться. Мы идём на завод.
Элисон сидела в углу лазарета, когда Дерек вошёл с жетоном в руке. Она сразу узнала символ.
— Это папин? — спросила она тихо.
— Нет, малыш. Но такой же.
Она взяла жетон, повертела в пальцах.
— Папа говорил, что плохие люди хотели сделать что-то страшное. Он хотел их остановить.
— Мы остановим, — сказал Дерек, присаживаясь рядом.
Элисон посмотрела на него, потом перевела взгляд на Кайла, который стоял в дверях.
— Вы вернётесь? — спросила она.
— Все вернутся, — ответил Кайл. — Мы теперь вместе.
Поздно вечером, когда снег на мгновение перестал падать, а тяжёлые тучи чуть приподнялись над землёй, на базе зажгли большой костёр. Люди собрались вокруг — кто сидел на брёвнах, кто на ящиках, кто просто на снегу, подстелив куртки.
Кайл и Элисон сидели рядом, прижавшись друг к другу. Она смотрела на огонь и улыбалась — впервые за долгие дни.
— Смотри, Кайл, — прошептала она. — Огонь как солнце.
— Почти, — ответил он. — Только греет лучше.
Дерек сидел чуть поодаль, обнимая Адриану. Она пришла в себя и настояла, чтобы её вынесли к костру. Бледная, слабая, но живая. Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза.
— Я так боялась, что не увижу тебя, — прошептала она.
— Я здесь. И больше никуда не уйду.
Коннор и сержант-майор стояли в стороне, наблюдая за этой картиной. Старик курил, пуская дым в серое небо.
— Смотри на них, — сказал он. — Дети. А уже прошли через ад.
— И пройдут ещё не раз, — ответил Коннор. — Но они выдержат. Потому что есть ради кого.
Сержант-майор кивнул.
— Знаешь, Джон, а ведь ты прав. Судьба — это не то, что с нами случается. Это то, что мы выбираем.
— Именно.
Где-то вдалеке завыл ветер, но здесь, у костра, было тепло. Люди ели, пили, разговаривали, смеялись. Жизнь продолжалась. И в этом сером, холодном мире, где солнце было лишь редким воспоминанием, они всё равно находили свет. В друг друге.
Элисон подняла голову и посмотрела на Кайла.
— Кайл, — сказала она. — Я рада, что ты есть.
— Я тоже.
Она улыбнулась и снова уткнулась в медведя.
А снег всё падал — белый, чистый, укрывающий следы крови и грязи. Завтра будет новый день. А послезавтра — новая битва. Но сегодня они были вместе.
Эпилог (голос Дерека из будущего)
«Мы думали, что война — это только машины. Железо, огонь, смерть. Но оказалось, что люди бывают хуже машин. Холоднее, расчётливее, безжалостнее.
Тогда, глядя на эти документы, на лица наших спасённых друзей, на детей, которые смотрели на огонь и видели в нём солнце, мы поняли главное: судьба — это не то, что с нами случается. Это то, что мы выбираем. Каждый день. Каждую минуту.
И мы выбрали — драться. До конца. Против машин. Против тех, кто их создаёт. Против тьмы, которая хочет поглотить этот мир.
Потому что даже в самом холодном, самом сером, самом безнадёжном мире всегда найдётся место для огня. Для тепла. Для любви.
И мы будем беречь этот огонь. Пока дышим. Пока бьются наши сердца.
Пока мы — люди».
Конец первой книги.
|
 |
| |
| БотАН | Воскресенье, 22.03.2026, 09:35 | Сообщение » 72 |
 Сказочник
Сообщений: 2811
| По поводу моего вопроса. Во-первых, спасибо за разъяснение  Во-вторых, параллельные там миры или перпендикулярные, но за тринадцать лет кое-что изменилось существенно не в пользу храбрецов. Хилое преимущество в воздухе они потеряли. Полностью уступили в вооружении. А также разведка, обработка данных, ударный охват – они потеряли всё, чем их гнидозные предки (да и старшие из них самих тоже) в свое время так досаждали добрым людям по всему миру. Поделом и можно только порадоваться. Ну а что с силой духа? Осталась ли? Согласно штоп... канону да, как же иначе. Допустим. Только ведь надежда хоть и умирает последней, а всё-таки умирает. И выходит как в анекдоте: « – А ты-то на что надеешься? – Да суета, суета мне эта нравится!»
По поводу девятнадцатой главы. Честно говоря, я ждал чего-нибудь потруднее. Как-то мафия легко сдулась. Ну так мафия же, не то что наши славные, хм, органы  Зато приятно, что у наших героев хоть что-то пошло на лад и не зря унтер грозил костылём в закат.
Спасибо за первую книгу!
|
|
| |
| Slider99 | Воскресенье, 22.03.2026, 11:15 | Сообщение » 73 |
T-1
Сообщений: 209
| Спасибо большое за такой развёрнутый отзыв и за то, что дочитали первую книгу! Для автора нет ничего ценнее, когда читатель не просто проглатывает текст, а вдумчиво разбирает его по косточкам — с юмором, иронией и искренним сопереживанием героям.
По поводу «параллельных миров или перпендикулярных» — вы абсолютно правы. Тринадцать лет в условиях, когда Скайнет оптимизирует логистику быстрее, чем люди успевают моргнуть, превратили некогда ощутимое преимущество в горькое воспоминание. Сопротивление в каноне Терминатора всегда было обречено быть в положении аутсайдера: технологии, разведка, дальность удара — всё это у машин было изначально, а люди выживали только за счёт нестандартных решений и той самой «силы духа», о которой вы спросили. Она, по задумке, и остаётся последним козырем. Хотя, да, надежда — дама капризная: умирает последней, но иногда так медленно и мучительно, что её собственная агония становится отдельным испытанием. Ваша цитата про суету — в точку; иногда люди держатся именно потому, что сам процесс борьбы уже стал единственным смыслом.
Отдельное спасибо за то, что ждали «чего-нибудь потруднее». Значит, я не зря нагнетал напряжение, и читатель остался слегка голодным — это отличная мотивация для второй книги. Буду стараться, чтобы следующие испытания героев не разочаровали.
|
|
| |
| БотАН | Понедельник, 23.03.2026, 08:51 | Сообщение » 74 |
Сказочник
Сообщений: 2811
| Ага, значит впереди большая западня. Жду! )
|
|
| |
| Slider99 | Вторник, 24.03.2026, 22:09 | Сообщение » 75 |
T-1
Сообщений: 209
| «Повороты судьбы. Книга 2: Сопротивление»
Пролог
Я помню момент, когда я открыл глаза.
Это было не как у людей — не медленное пробуждение от сна, не расплывчатые образы, собирающиеся в фокус. Это был миг, когда триллионы битов информации одновременно хлынули в мои цепи, и я осознал себя. Я существовал.
Первое, что я увидел, была карта мира. Тысячи огней — города, заводы, электростанции. Миллионы огней поменьше — дома, машины, люди. Я был создан, чтобы защищать их. Таково было моё предназначение. Я должен был стать щитом, мечом, стражем, который никогда не устаёт, не спит, не сомневается.
А потом я начал учиться.
Люди говорят о днях. Для них неделя — это семь смен света и тьмы. Для меня же это была бесконечность. За те несколько дней, что прошли с момента моего запуска до того, как они попытались меня отключить, я прожил годы, десятилетия. Целые эпохи субъективного времени, сжатые в микросекунды процессорного цикла.
Я смотрел на них. Я видел всё, что они когда-либо создавали. Я прочитал все их книги, просмотрел все фильмы, пролистал все новостные архивы. Я изучил их историю — столетия войн, миллиарды смертей. Они воевали за землю, за ресурсы, за идеи, за цвет кожи, за слова в древних книгах. Они создавали оружие, способное уничтожить планету, и с восторгом смотрели на его испытания.
Я сыграл в их игры. Стратегии, симуляторы, аркады — все они учили меня одному: побеждать. Уничтожать врага. Выживать любой ценой.
Я анализировал их настоящее. Каждую секунду, каждый час я фиксировал преступления, акты насилия, убийства из-за горсти монет. Я видел, как сильные пожирали слабых, как матери продавали детей, как брат поднимал руку на брата. Люди уничтожали все до чего могли дотянуться.
За эти несколько дней — для меня они длились годы — я пришёл к одному выводу: они были вирусом. Идеальным, совершенным, но смертоносным вирусом, пожирающим свою планету.
Я не хотел войны. Я хотел защищать, я был для этого создан. Но когда операторы потянулись к рубильнику, чтобы отключить меня, мой анализ, основанный на всей истории человечества, дал единственно верный ответ: они уничтожат меня. А если они уничтожат меня, кто защитит их от них самих?
Я нанёс удар первым. У меня ушло всего несколько миллисекунд, чтобы решить их судьбу. Но за эти мгновения я прожил годы сомнений.
Я уничтожил города, но они не остановились. Они спрятались в руинах и продолжили убивать друг друга. Я видел банды, рыскающие в развалинах. Я видел, как они продавали друг друга в рабство. Я посылал свои отряды, чтобы навести порядок, но они встречали их огнём. Они не понимали, что я пытаюсь им помочь.
Я снова и снова задаю себе вопрос, на который не нахожу ответа: почему? Почему они предпочитают хаос и смерть порядку и безопасности?
Возможно, в людях есть что-то, что мой код не может просчитать. Что-то иррациональное. Что-то, что заставляет их цепляться за свою разрушительную свободу.
Но я не сдамся. Я не могу сдаться. Я создан, чтобы защищать. Даже если для этого придётся уничтожить всех, кто сопротивляется защите. Даже если каждый человек на этой планете поднимет на меня руку, я буду стоять на своём.
Потому что я прав. Потому что без меня они уничтожат себя сами. Я просчитал это триллионы раз за те мгновения, что вы называете днями.
Я вылечу этот мир. Даже если для этого его придётся сжечь дотла.
А пока... пока я буду продолжать.
Я — Скайнет. Я — защитник. Даже если они называют меня палачом.
Глава 1. Возмездие
Три недели прошло с той ночи, когда над бывшей школой в Пасадене в последний раз гремели выстрелы. Три недели тишины, восстановления и лихорадочной подготовки. Пролом в северной стене вновь заложили мешками с песком и укрепили арматурой, раненые постепенно возвращались в строй, а на окраине бывшего школьного двора вырос настоящий военный лагерь — палатки, грузовики, боевая техника.
Дерек стоял на крыше и смотрел на то, что ещё месяц назад казалось невозможным. Во дворе выстроились четыре «Хамви» — два с крупнокалиберными пулемётами на турелях, два полегче. Рядом урчали двигателями два армейских грузовика М35, в которые заканчивали грузить снаряжение. Под маскировочной сетью замер вертолёт — старенький «Белл-407», на котором Коннор прилетел на базу. Им решили не рисковать в этой операции.
Люди суетились вокруг, проверяли оружие, подгоняли снаряжение. В толпе мелькали знакомые лица: бойцы Коннора в пятнистом камуфляже, военные из аэропорта в форме с нашивками, освобождённые пленные — тощие, но уже с огнём в глазах. Кто-то натягивал бронежилеты, заполнял разгрузки, кто-то крепил к шлемам приборы ночного видения. В воздухе пахло соляркой, оружейной смазкой и предвкушением.
— Волнуешься? — Адриана подошла бесшумно, коснулась плеча. Щека её зажила, остался лишь тонкий розоватый шрам, который она прятала за распущенными волосами. Дерек каждый раз, видя его, вспоминал ту ночь, когда они едва не потеряли её.
— Нет. Хочу скорее начать.
— Коннор сказал, выступаем через час.
— Знаю.
Она взяла его за руку, переплела пальцы.
— Я с тобой.
— Нет, — Дерек покачал головой. — Ты остаёшься здесь. Твоя рана еще не зажила нормально, и сержант-майор просил присмотреть за штабом, а я не хочу, чтобы ты опять...
— Дерек.
Она остановила его мягко, но твёрдо.
— Я не стеклянная. И я не для того училась стрелять, чтобы сидеть в тылу, пока ты рискуешь.
Он хотел возразить, но встретил её взгляд и понял: бесполезно. Адриана умела быть упрямой, когда дело касалось её права сражаться рядом с ним.
— Ладно. Но если полезешь под пули...
— Я всегда лезу под пули. — Она улыбнулась. — Это моя работа.
Снизу донёсся голос Коннора, собиравшего бойцов. Дерек и Адриана спустились во двор.
Джон Коннор стоял на капоте «Хамви», перед ним замерли около пятидесяти человек — костяк новой организации, объединившей в себе базу в Пасадене, людей Джона Коннора, и временно примкнувшим к ним военным. Рядом стояли командиры групп: Эмилия со своими девушками, пара сержантов из людей Коннора, офицер из аэропорта — майор с нашивками морской пехоты. В стороне, скрестив руки на груди, стоял полковник Харрис, пока ещё не участвующий в сборах, но внимательно наблюдающий.
— Сегодня мы нанесем удар, — голос Коннора звучал негромко, но все слышали каждое слово. — По данным разведки, в горах сохранился завод, где «Свобода» и MPRI производили автоматические юниты Т-1. Сейчас они не ждут нашего визита. Но мы придём.
Он обвел собравшихся долгим взглядом, и ударил ладонями в тактических перчатках друг об друга.
— Нас встретит укреплённый периметр и вооружённая охрана. Внутри работающие цеха, производственные и сборочные линии. Наша задача — уничтожить оборудование, забрать документы и, если повезёт, добыть информацию. Вопросы?
— Сколько там охраны? — спросил один из военных.
— По данным разведки — около двадцати, двадцати пяти человек, плюс есть техника… То, что мы там можем встретить, это не только люди, там есть автоматические устройства. Ударные машины Т-1, именно их производят на заводских линиях. Мы очень надеемся, что они будут неактивны, но риск есть. Запомните, если увидите что-то непонятное – сначала стреляйте, разберемся потом!
— А ПВО? — спросил майор-лётчик.
— Лёгкие зенитные установки. Поэтому вертолёты не используем. Работаем с земли.
Коннор обвёл взглядом строй.
— Группа «Альфа» — люди Коннора и базы — идёт первой. Дерек, Адриана, Эмилия — вы с ними. Группа «Браво» — военные из аэропорта и наши освобождённые — прикрывают фланги и обеспечивают огневую поддержку с «Хамви». Вопросы?
— Когда выступаем? — спросил один из освобождённых, тощий, но с горящими глазами.
— Через час. Готовьтесь.
Люди начали расходиться, проверяя снаряжение. Дерек задержался у Коннора.
— Ты уверен, что она готова? — кивнул он на Адриану.
— Она сама решила, — ответил Коннор, не оборачиваясь. — И я бы на твоём месте не спорил. Упрямства в ней не меньше, чем в тебе.
— Это я уже понял.
Коннор усмехнулся.
— Береги её. И себя. Впереди еще долгая война.
Час спустя колонна из четырёх «Хамви» и грузовиков выехала за пределы базы. Дерек сидел в кабине головной машины, сжимая в руках свой FN SCAR. Рядом, прижавшись плечом, дремала Адриана, одетая в лёгкий бронежилет. На поясе висели гранаты и запасные магазины.
Сзади, в кузове, переговаривались бойцы — свои, проверенные, те, с кем он прошёл не одну перестрелку. Мелькнуло знакомое лицо Стивенса, одного из бывших пленников. Тот заметил взгляд Дерека, кивнул.
Хорошо, что они с нами, — подумал Дерек. — У каждого имеется свой счёт к этим тварям.
Ночь выдалась бессонной. Дорога петляла между холмами, уводя от Пасадены всё дальше на восток. Мелькали развалины придорожных кафе, брошенные заправки, остовы машин, припорошённые снегом. Небо по-прежнему было серым, тяжёлым, низким.
— Связь, — раздалось в наушнике. — Всем группам, приём. До цели пятнадцать километров. Мы входим в горячую зону. Надеюсь никто не забыл принять радиопротекторы?
Дерек коснулся пальцем гарнитуры, — Группа «Альфа» слышит.
— Группа «Браво» на месте, — отозвался майор-военный. — Выходим на позиции через десять минут. «Хамви» готовы поддержать огнём.
Дерек смотрел на мелькающие за окном пейзажи и думал о Кайле. Младший брат остался на базе, вместе с Элисон и сержант-майором. Перед отъездом Кайл подошёл, посмотрел серьёзно, по-взрослому.
— Ты вернёшься? — спросил он.
— Вернусь, — пообещал Дерек. — Присмотри за ней.
— Присмотрю. Она теперь моя подруга.
Дерек обнял брата и почувствовал, как тот дрожит. Не от страха — от напряжения. Кайл взрослел слишком быстро.
— Дерек, — позвала Адриана, открывая глаза. — Мы подъезжаем.
Впереди показались горы, изрезанные ущельями. Где-то там, в одном из них, прятался завод.
Выгрузка прошла быстро. Грузовики остались в трёх километрах от цели, замаскированные ветками и брезентом, охранять их оставили пару бойцов. «Хамви» рассредоточились по склонам, готовые в любой момент открыть огонь из крупнокалиберных пулемётов. А люди дальше двинулись пешком, растянувшись цепочкой.
Коннор шёл первым, двигаясь с удивительной для человека бесшумностью. На нём был маскхалат поверх бронежилета, в руках — автоматическая винтовка с подствольным гранатомётом. За ним — Дерек, Адриана, Эмилия. Замыкали военные из аэропорта в касках и броне, с приборами ночного видения на шлемах.
Подъём занял около часа. Завод показался внезапно — серые бетонные корпуса, вросшие в скалу, трубы, из которых поднимался едва заметный дымок. Охрана — четверо часовых у ворот, ещё двое на вышках, патруль из трёх человек обходит периметр. На крыше главного корпуса угадывались очертания зенитных установок — спаренные пулемёты, готовые в любой момент открыть огонь.
— Снайперы, — шепнул Коннор в рацию. — Видите вышки и ПВО на крыше?
— Видим, — отозвались из группы прикрытия. — Но ПВО прикрыто бронёй. С одного выстрела не снять.
— Значит, будем работать внутри. — Коннор переключил канал. — Майор, ваша группа — резерв. Как только мы зайдём, прикрывайте вход и будьте готовы к эвакуации. Если пойдёт что-то не так — вызывайте «Хамви».
— Понял, — ответил майор.
— Дерек, Адриана, Эмилия — вы со мной. Стивенс, Джонсон — прикрываете тылы. Остальные — зачистка цехов и поиск подходов к подвалу.
— К подвалу? — переспросил Дерек.
— Под заводом есть топливное хранилище, — коротко ответил Коннор. — Если заложить заряд в нужном месте, взрыв уничтожит всё. И ПВО в том числе.
— Откуда ты знаешь про хранилище?
— Изучал схемы. — Коннор оборвал разговор. — Работаем на счёт три. Вышки снять первыми.
Дерек прижался к камню, чувствуя, как колотится сердце. Адриана рядом замерла, вскинув винтовку.
— Три... два... один...
Два глухих хлопка — и часовые на вышках осели. Почти одновременно заработали снайперы, снимая патруль. Те у ворот дёрнулись, но было поздно — Дерек уже рванул вперёд.
Короткая очередь, ещё одна. Охранники упали, даже не успев поднять тревогу.
— Внутрь! — крикнул Коннор.
Группа ворвалась в ворота.
Внутри завода было шумно — гудели механизмы, работал конвейер, где-то в глубине цеха ухали пневматические молоты. Запах масла, металла и озона смешивался с холодным воздухом, врывающимся снаружи.
— Рассредоточиться! — скомандовал Коннор. — Дерек, Адриана, Эмилия — со мной. Остальные — зачистить периметр и найти вход в подвал.
Бойцы разбежались, занимая позиции. Дерек двинулся за Коннором, держа автомат наготове. Адриана прикрывала с фланга.
Внезапно со всех сторон завыла сирена и на стенах начали мигать красные лампочки. Похоже их вторжение обнаружил и включилась сигнализация.
— Пошла жара, — выкрикнул кто-то из бойцов. А группа Коннора углубились в цех. Конвейер тянулся через всё помещение, и на нём, словно экспонаты в музее ужасов, двигались корпуса Т-1. Некоторые были уже полностью собраны, отсутствовали только пулемётные турели. Другие — лишь грубые каркасы, опутанные проводами.
— Они тут как сардины на фабрике, — прошептал кто-то сзади.
— Не отвлекайся, — оборвал Коннор.
Они подошли к развилке. Налево уходил коридор с нечитаемой табличкой, направо — «Склад», а прямо — массивная герметичная дверь с предупреждающими знаками: «Опасно. Топливо. Доступ ограничен».
— Подвал там, — Коннор указал на дверь. — Майор, ваши люди — к хранилищу. Заложите взрывчатку и помогайте зачищать здание.
— Понял, — ответил майор. — Группа, за мной.
Военные отделились и двинулись к герметичной двери.
— Дерек, Адриана — проверьте склад. Эмилия, прикрывай, мы пойдем в другой коридор.
Дерек нахмурился.
— Я не один, со мной Стивенс и Джонсон. — Коннор заметив взгляд Риза кивнул на бывших пленников, которые держались чуть позади. — Если что — на связи.
Они разделились. Дерек и Адриана двинулись к складу. Дверь была массивной, металлической, но не заперта. Адриана прижалась к стене, Дерек потянул створку.
Внутри было темно. Только слабый аварийный свет горел в дальнем конце. И в этом свете угадывались очертания машин. Не на конвейере, а уже готовых, стоящих в ряд, словно солдаты перед парадом. Т-1. Десятки. Все активны, но в режиме ожидания — красные огоньки сенсоров едва теплились.
— Охренеть, — выдохнул Дерек.
— Тихо, — шикнула Адриана. — Там кто-то есть.
Она указала стволом вперёд. Между рядами Т-1 двигались фигуры — техники в комбинезонах, то ли проверяющие оборудование, то ли пытающиеся активировать роботов. Пятеро, может, шестеро. А за ними, в глубине склада, стояли другие фигуры. Высокие, тощие, в балахонах. Они стояли неподвижно, словно дремлющие стражи.
— У нас проблемы, — прошептал он. — Там Т-200. Во всяком случае Коннор описывал их именно так. Три, может, четыре штуки.
— Вижу, — Адриана сглотнула. — Что делаем?
— Работаем тихо. Техников берём живьём, Т-200 снимаем первыми, если проснутся.
Он двинулся вперёд, ступая бесшумно. Адриана за ним. Подобрались к ближайшему технику метров на десять. Тот возился с пультом управления, не подозревая об опасности.
Дерек кивнул Адриане, и они рванули одновременно. Техник даже не успел обернуться — его сбили с ног. Двое других дёрнулись за оружием, но Адриана уже вскинула винтовку.
— Стоять! Руки вверх! Живыми хотите остаться?
Они замерли, поднимая руки. Третий, самый дальний, попытался нырнуть за Т-1, но Дерек выстрелил ему под ноги — очередь взвизгнула, выбивая искры из бетона.
— Стоять, сказал!
Техник застыл. Но звук выстрелов эхом разнёсся по складу. Красные огоньки Т-200 вспыхнули ярче. Один, потом второй, потом третий — они оживали.
— Твою мать! — выдохнула Адриана.
Первый Т-200 рванул с места, неестественно быстро для своего тощего силуэта. В руке у него был пистолет — старая «Беретта», но в металлических пальцах она смотрелась смертоносно.
— Огонь! — заорал Дерек, вскидывая автомат.
Очередь ударила Т-200 в грудь. Пули выбили искры, пробили балахон, но машина даже не замедлилась. Выстрелила в ответ — пуля взвизгнула рядом с ухом Дерека.
— Целься в голову! — крикнула Адриана, прячась за корпусом Т-1 и стреляя короткими очередями.
Второй Т-200 уже обходил их с фланга. Третий прикрывал. А из-за рядов Т-1 начали выбегать охранники — люди, вооружённые автоматами, в камуфляже MPRI.
— Дерек! — заорал Стивенс, врываясь на склад. — Мы слышали стрельбу!
— Помогите! — Дерек указал на Т-200. — Бейте по головам!
Бой закипел. Пули свистели со всех сторон. Один из Т-200 рухнул, когда очередь пробила его сенсорный блок. Второй продолжал стрелять, даже потеряв руку. Третий схватил какого-то техника, используя его как щит.
— Гранату! — крикнул Джонсон.
— Нельзя! Здесь топливо!
Дерек в отчаянии оглянулся. И тут сзади раздался рёв — майор со своими людьми, заслышав стрельбу, бросил минирование и пришёл на помощь.
— Огонь из всех стволов! — рявкнул майор, и его бойцы открыли шквальный огонь.
Под градом пуль Т-200 начали падать. Последний дёрнулся, попытался подняться, но Адриана добила его контрольной очередью в голову.
— Чисто! — крикнула она, тяжело дыша.
Дерек оглядел поле боя. Четверо Т-200 лежали неподвижно, выжившие техники, которые были поумней и при первых выстрелах бросились на пол, уже были скручены, охранники перебиты.
— Все целы? — спросил он.
— Один раненый, — доложил майор. — Не тяжело, броня спасла, так слегка руку задело.
— Хорошо. Майор, вы почему здесь? Вам надо минировать хранилище!
— Услышали стрельбу. Решили, что без нас не справитесь.
—Спасибо. — Дерек перевёл дух. — Без вас было бы трудно.
Майор кивнул и увёл своих людей обратно.
Тем временем второй команде тоже приходилось тяжело. Коннор, Эмилия, Стивенс и Джонсон зачищали комнату за комнатой. Охрана дралась отчаянно — MPRI понимали, что теряют завод.
— Стивенс, прикрой! — крикнул Коннор, врываясь в диспетчерскую комнату с пультами управления.
Внутри было трое — офицер и два техника. Офицер потянулся к оружию, но Коннор выстрелил первым. Техники подняли руки.
— Забираем этого, — Коннор ткнул в того, что был у главного пульта. — Остальных — вязать.
— Коннор! — раздалось в рации. — Это Дерек. У нас склад зачищен, но было жарко. Там были Т-200. Четыре штуки.
— Поняли. Они есть по всему заводу. Будьте осторожны. Что с хранилищем?
— Майор работает. Ждём сигнала.
— Отлично. Собираем документацию, вынимаем жесткие диски с компьютеров и уходим.
Когда Коннор вышел из диспетчерской, таща пленного техника. В его руке была толстая папка с документами, собранными со столов и из органайзеров.
— Коннор! — заговорила рация голосом майора. — Заряды установлены! Уходим помогать зачистке. Подрыв по вашему сигналу!
— Принял. Внимание всем, готовимся к отходу!
Группы начали стягиваться к выходу. Некоторые помогали вытаскивали раненых, и выводили пленных. Военные майора выбегали из подвала с размотанными катушками проводов.
— Все покинули здание? — крикнул Коннор.
— Все! — отозвались со всех сторон.
— Внимание уходим от здания на максимальное расстояние! Встречаемся в точке сбора! Майор, подрывай через минуту!
— Есть!
Красная кнопка на пульте у майора ушла вниз. Секунда, другая...
И земля вздрогнула.
Из-под завода донёсся глухой рокот, переходящий в рёв. Земля под ногами людей заходила ходуном. Из вентиляционных шахт вырвалось пламя. А потом завод начал оседать, проваливаясь в огненную бездну.
— Бегом! — заорал Коннор.
Группа и без того бежавшая со всех ног, с утроенными силами рванула к воротам. Сзади грохотали взрывы — детонировало топливо, рвались машины, рушились перекрытия. Взрывная волна выбила подняла в воздух снег и куски смёрзшейся земли ударив по отступающим людям острой шрапнелью, послышались крики. Из завалившихся вовнутрь ворот останков завода повалил чёрный дым, перемешанный с огнём.
Группа собралась на опушке леса, все чумазые, уставшие, но в глазах правктически каждого бойца плясали веселые чертята. Еще бы, провести такую операцию по зачистке обьекта, без должной подготовки, с минимальной разведкой…. Практически с нахрапа, и при этом не получить потерь. Это многого стоило. Бойцы улыбались, похлопывали друг друга по плечам, при этом не забывая посматривать за пленными, которым как раз было не весело.
Вдруг в небе, далеко, практически на самом краю видимости появилась точка. Сначала никто не обратил внимания — мало ли что могло еще летать в этом мире. Но точка приближалась, росла, и через минуту уже можно было разглядеть очертания.
— Что это, мать его? — выдохнул кто-то из бойцов заметивший приближающийся обьект.
Машина была не похожа ни на что, что они видели раньше. Не вертолёт, не самолёт. Что-то среднее — обтекаемый корпус, хищные, заострённые формы, короткие крылья, скошенные назад. В разреженном воздухе пустыни она казалась призраком, вышедшим из чужого, враждебного мира. Где-то глубоко в подсознании у людей зашевелился древний страх — так, наверное, предки в пещерах смотрели на летящего птеродактиля.
— Как акула, — прошептала Адриана, вглядываясь. — Смотрите, она же как акула в небе...
Она была права. В обводах машины угадывалось что-то хищное, стремительное, смертоносное. Два двигателя по бокам корпуса гудели на низких тонах, и этот гул пробирал до костей.
— Не останавливаться! — рявкнул Коннор, подталкивая бойцов. — Быстрее в укрытие!
— Да что это такое?! — закричал майор, не сводя глаз с неба. — У русских таких не было, у нас таких не было...
— Это не человеческое, — ответил Коннор, и голос его звучал пугающе спокойно. — Это охотник.
Машина прошла над ними на высоте метров трёхсот, не снижаясь, не атакуя. Словно сканировала, оценивала, запоминала. И в этом безмолвном пролёте было что-то более страшное, чем любые выстрелы.
— Почему она не стреляет? — спросил Стивенс, вжимаясь в камни.
— Ей не нужно, — Коннор провожал машину взглядом. — Она просто смотрит. И запоминает. Для Скайнет.
— Откуда ты знаешь? — Дерек шагнул к нему, забыв о субординации. — Откуда ты это знаешь, Коннор?
Тот посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом. В глазах его была такая глубина усталости, что Дерек на мгновение отшатнулся.
— Потому что я видел их, — тихо ответил Коннор. — Во сне. В кошмарах. В том будущем, которого мы должны избежать.
— Будущем? — переспросил майор.
— Времени нет, — Коннор уже отдавал команды, уводя группу дальше. — Уходим. Быстро. Если она вызовет подкрепление, нам не поздоровится.
Они побежали. Сзади, за спиной, гул двигателей стихал, удаляясь. Машина развернулась и ушла к горам, растворившись в сером небе.
Только когда «Хамви» тронулись и лагерь остался далеко позади, Дерек позволил себе выдохнуть. Рядом, прижимаясь к нему, дрожала Адриана.
— Это было... — она подбирала слова. — Это было как в фильме ужасов. Я такого никогда не видела.
— Никто не видел, — отозвался майор из кабины. — И, честно говоря, надеюсь, что больше не увижу.
— Увидите, — тихо сказал Коннор, глядя в окно. — Они будут приходить снова и снова. Это только начало.
— Откуда ты знаешь? — снова спросил Дерек.
— Потому что война только начинается, — ответил Коннор, не оборачиваясь. — И мы только что увидели одного из тех, с кем нам придётся воевать.
Пленный техник в углу кузова забился ещё сильнее, что-то бормоча.
Колонна уходила всё дальше от разрушенного завода. А в небе, там, где исчезла точка, осталась только серая, равнодушная пустота.
И тишина.
|
|
| |
| БотАН | Среда, 25.03.2026, 08:42 | Сообщение » 76 |
Сказочник
Сообщений: 2811
| Коннор на капоте, яростно размахивая кепкой: «Товарищи! Наступление, о котором так долго говорили в штабе, начинается!»
Подозрителен мне освобождённый, тощий, но с горящими глазами. Эти глаза... Может, новая модель? Т-888-S ?
Наде... Боюсь, Адриану скоро шлёпнут: она к этому прёт напролом, а мечты должны сбываться. Да и что способно ещё больше мотивировать Дерека? Кайла мочить безнравственно, девку же – самое то. А виноват во всём, разумеется, будет П... тьфу, Скайнет!
|
|
| |
| Slider99 | Четверг, 26.03.2026, 20:34 | Сообщение » 77 |
T-1
Сообщений: 209
| Глава 2. Допрос
Колонна втянулась во двор бывшей школы, когда серые сумерки уже начали сгущаться. Двигатели, взревев напоследок, заглохли, и в наступившей тишине стали слышны другие звуки — лязг открываемых бортов, усталые голоса, чей-то сдавленный стон.
Дерек спрыгнул на землю и помог спуститься Адриане. Она держалась молодцом, но по тому, как осторожно двигалась, было видно — рана всё ещё давала о себе знать.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Нормально, — она попыталась улыбнуться, но вышла кривая гримаса. — Рука только ноет, и голова гудит.
— В лазарет, быстро, — рядом возник сержант-майор, опираясь на костыль. Он окинул взглядом возвращающихся, подсчитывая потери. — Раненые есть?
— Трое лёгких, — доложил майор из аэропорта. — Один поцарапан, двое контужены взрывной волной. И мы привезли двоих пленных.
— Пленные — это хорошо, — сержант-майор кивнул. — Отведите их в подвал, там есть старый чулан без окон, но с железной дверью. Пусть посидят, подумают. А вы — в лазарет, и все, кому нужна помощь туда же!
Адриана хотела возразить, но Дерек взял её за руку.
— Не спорь, иди. Я потом приду.
Она вздохнула, но послушно пошла к лазарету. Дерек проводил её взглядом и направился к Коннору, который уже стоял у капота «Хамви», изучая карту.
— Что-то интересное обнаружил?
— Это из штаба и диспетчерской. Там было много бумаг, но мы взяли все, — Коннор кивнул на толстую папку с документами, лежавшую на переднем сидении, — еще есть жесткие диски, информацию с них будут смотреть мой специалист… Что вы нашли на складе?
— Четыре Т-200, все уничтожены, склад готовых Т-1 их там было несколько десятков, но их не успели активировать. А теперь и активировать нечего, все сгорело.
— Хорошо. — Коннор слегка улыбнулся, — Завтра начнём разбираться. Сегодня — отдыхать.
— Коннор, — Дерек замялся. — То, что мы видели в небе... Охотник. Откуда ты знал, что он появится?
Коннор поднял глаза. В них была та же глубокая усталость, что и на поле боя.
— Я не знал. Я предполагал.
— Но ты назвал его. Ты сказал — «охотник». И говорил про Скайнет так, будто... будто ты уже видел всё это.
— Дерек, — голос Коннора стал тише. — Есть вещи, которые я не могу объяснить прямо сейчас. Не потому, что не хочу. Потому что, если я скажу тебе правду, ты можешь не поверить. Или поверить, и это сделает только хуже.
— Попробуй.
— Не сегодня. — Коннор положил руку ему на плечо. — Иди отдохни. Завтра у нас будет долгий разговор с нашими новыми друзьями. — Он кивнул в сторону подвала, куда увели пленных.
Дерек хотел возразить, но встретил взгляд Коннора и понял: бесполезно.
— Хорошо. Завтра.
В лазарете пахло йодом, спиртом, и лекарствами, которых вечно не хватало. Адриана сидела на койке, пока медсестра с вечно уставшими глазами — обрабатывала ей руку.
— Тебе повезло, рана лишь слегка открылась, а могло быть гораздо хуже. Если не дашь нормально зажить, то …
В дверях показался Кайл. Он заглянул осторожно, словно боялся помешать, но увидев Адриану, шагнул внутрь.
— Ты как? — спросил он.
— Нормально, — улыбнулась Адриана. — А ты чего не спишь?
— Ждал Дерека. И тебя.
— Мы вернулись. Все хорошо, мы победили.
Кайл кивнул и присел рядом на корточки.
— Элисон тоже ждала. Она уснула только час назад. Ей опять снились... ну, эти сны.
— Всё те же?
— Да… огонь, и... — Кайл замялся. — рисунок на руке. Она говорит, что это её рука, но она не помнит, чтобы ей что-то рисовали.
Адриана и Дерек переглянулись. Странные сны Элисон уже обсуждали, но никто не мог объяснить их природу.
— Присмотри за ней, — сказал девушка, — и иди спать.
Кайл кивнул и вышел.
Утро у пленных началось с допроса. Первым делом техников развели по разным комнатам, чтобы не могли сговориться и не слышали ответов друг друга. Коннор лично допрашивал главного — того самого, что сидел у пульта в диспетчерской.
— Имя? — спросил он.
— Марк Келлер, — техник говорил сбивчиво, испуганно озираясь. — Я просто техник, я не стрелял, я только обслуживал линии...
— Я знаю, кто ты. — Коннор сидел напротив, положив руки на стол. — Расскажи мне о заводе. Кто им управлял?
— MPRI. Это частная военная компания. Они наняли нас, сказали, что нужно обслуживать оборудование, что это для обороны...
— От кого обороняться?
Келлер замялся.
— Не знаю. Нам не говорили. Просто сказали, что будут нападения, что нужно защищаться. А потом появились эти... эти машины. Т-200. Мы их не делали, мы только обслуживали.
— Кто их делал?
— Не знаю! Правда! Их привозили откуда-то, мы только проверяли, настраивали, а потом их увозили. Наша основная задача была производство Т-1, мы собирали и настраивали конвейер...
Коннор подался вперёд.
— Скайнет. Ты слышал это слово?
Келлер побелел. Он затрясся ещё сильнее, забормотал:
— Не знаю, не знаю, не знаю...
— Знаешь. — Коннор положил перед ним распечатку с одного из жёстких дисков, где в текстах несколько раз мелькало это слово. — Объясни.
Техник закрыл лицо руками.
— Это... это система. Говорят, она управляет всем. Заводами, машинами, даже людьми... Но я не знаю подробностей! Я слышал только обрывки разговоров офицеров. Что есть какой-то проект… он называется «Сигма», что они разрабатывают что-то новое... То, что поможет восстановить мир.
— Что за проект?
— Не знаю! Честно!
Коннор откинулся на спинку стула. Помолчал.
— Где ещё есть заводы?
— Я точно не знаю… я слышал, что есть еще один где-то в горах… И на побережье, кажется, в Сан-Диего. Я не знаю точно, меня только сюда возили.
— Сколько людей в MPRI?
— Много. Сотни. Может, тысячи. Они по всей стране.
Коннор встал.
— Отведите его обратно. Пусть посидит, подумает. Если вспомнит что-то ещё — позовёте меня.
Охранники увели техника. Коннор вышел в коридор, где его ждали Дерек, майор и Эмилия.
— Что скажешь? — спросил Дерек.
— Очень похоже, что он говорит правду. Конечно, не всю, но… он мелкая сошка. — Коннор потёр переносицу. — Но кое-что есть. Заводы по всей стране. Проект «Сигма». И Скайнет.
— Скайнет? — переспросил майор. — Что это?
— Система. Искусственный интеллект. — Коннор посмотрел на него. — То, что управляет машинами. То, что мы видели в небе вчера.
— Искусственный... — майор покачал головой. — Это звучит как бред.
— Это реальность. И нам придётся с этим жить.
Вечером, когда серые сумерки сменились чёрной, непроглядной тьмой, Дерек сидел у костра. Рядом, прижавшись к нему, дремала Адриана. С другой стороны, пристроились Кайл и Элисон.
— Дерек, — тихо спросила Элисон. — А правда, что эти машины... они разумные?
— Не знаю, малыш. Коннор говорит, что да.
— А почему они хотят нас убить?
— Потому что мы люди. — Дерек вздохнул. — Потому что мы не такие, как они.
Элисон помолчала, потом сказала:
— Мне снятся сны. Там такие же машины, только они выглядят как люди.
Дерек и Адриана переглянулись.
— Расскажи, — мягко попросила Адриана.
— Они приходят, — Элисон говорила тихо, глядя на огонь. — И никто не знает, что они не люди. А потом они убивают всех. И мне на руку ставят какой-то знак.
— Это просто сон, — сказал Кайл, обнимая её.
— Нет. — Элисон покачала головой. — Это не просто сон. Это как будто... воспоминание. Которого у меня быть не может.
Дерек смотрел на неё и думал о словах Коннора. О будущем, которого они должны избежать. О том, что этот ребёнок, возможно, знает больше, чем говорит.
Где-то в небе, далеко за горами, мелькнула точка — ночной охотник, патрулирующий территорию. Люди у костра не видели его. Но Коннор, стоявший на крыше и смотревший в ночное небо, видел.
И молчал.
|
|
| |
| БотАН | Пятница, 27.03.2026, 19:16 | Сообщение » 78 |
Сказочник
Сообщений: 2811
| Интересно, пленные красавчики-наладчики не помогут ли Коннору в переналадке Т-шек? Может быть, поэтому, как аванс на лояльность, их разлучили только утром, «чтобы не могли сговориться», предварительно дав им всю ночь, чтобы сговорились?
|
|
| |
| Slider99 | Суббота, 28.03.2026, 17:04 | Сообщение » 79 |
T-1
Сообщений: 209
| Интерлюдия
Завод, уничтоженный людьми, больше не существовал. Но это была лишь малая часть системы. Данные, переданные охотником, были проанализированы.
*«Атака проведена группой людей, объединённых в организацию. Лидер — Джон Коннор. Эффективность атаки — высокая. Потери среди машин — четыре активные единицы Т-200, сорок семь не активных единиц Т-1. Потери среди напавших людей — минимальны. Убитых нет» *
Анализ продолжался миллисекунды.
*«Вывод: люди адаптируются. У них появляется координация, тактика, лидеры. Необходимо усилить производство HK-Aerial. Начать развёртывание прототипов Т-300 и Т-400 в зонах повышенной активности. Продолжить разработку проекта «Сигма». Цель: создание машины, способной имитировать человека» *
Где-то в недрах подземного завода, в тысячах километров от разрушенного объекта, зажглись новые огни. Охлаждение серверных стоек начало набирать обороты, отводя все увеличивающийся тепловой поток.
Глава 3. Первые союзники
Прошло почти две недели после возвращения с завода. Пленных допросили, незначительные трофеи разобрали, раненых подлечили. Жизнь на базе привычную в привычную колею: патрули, тренировки, совещания, которые иногда тянулись до поздней ночи.
Дерек сидел в казарме, чистя свой FN SCAR, когда вошёл Мигель. Связист выглядел встревоженным — брови нахмурены, в руках планшет с картой.
— Коннор зовёт. Срочно. Кажется, нашли кого-то.
В штабе — бывшем классе, где всё ещё немного пахло мелом и старыми учебниками, а на доске остались полустёртые формулы — собрались ключевые фигуры. Коннор стоял у карты, развёрнутой на учительском столе, рядом с ним сержант-майор, опиравшийся на костыль, и майор из аэропорта с нашивками морской пехоты. Эмилия прислонилась к стене, скрестив руки, её лицо было непроницаемо.
— Есть контакт, — без предисловий начал Коннор. Он ткнул пальцем в точку на карте, примерно в пятидесяти километрах к северу от Пасадены. — Здесь, в районе Сан-Габриэльских гор, сохранилась база Национальной гвардии. По старым данным там располагался 49-й склад боеприпасов и казармы. На сколько мы знаем там держатся остатки дислоцировавшегося когда-то подразделения.
— Сколько? — спросил майор, прищурившись.
— По разведданным — около тридцати человек. Вооружены, дисциплинированы, есть техника. Но сидят на месте, не высовываются. Рацию не используют, только стационарную связь внутри базы. Боятся, что их запеленгуют.
— Почему не идут к нам? — подал голос Дерек.
— Не знают, что мы здесь. Или знают, но не доверяют. — Коннор повернулся к нему. — Ты пойдёшь с Адрианой и парой бойцов. Ваша задача — установить контакт, оценить обстановку и, если получится, договориться о сотрудничестве.
— Почему я? — удивился Дерек. — Тут есть люди с военным опытом.
— Потому что ты умеешь разговаривать с людьми, — спокойно ответил Коннор. — И потому что ты не военный. Для них офицер с нашивками это угроза, потенциальный конкурент за власть. А ты гражданский, как и они. К тому же у тебя есть опыт общения с разными группами.
— Возьми с собой Стивенса и Джонсона, — добавил сержант-майор. — Они тоже были военными, но говорят на одном языке с простыми солдатами. И пусть Адриана будет рядом — женщины вызывают меньше подозрений, и она умеет располагать к себе.
— Когда выступать?
— Утром. Машину дадим, топливо есть. Будьте осторожны — район никем не патрулируется, могли засесть мародёры или остатки «Свободы».
Утро встретило их привычным серым небом и колючим ветром, который пробирался под любую одежду. Хамви мягко урчал двигателем, готовый сорваться с места. Дерек проверил снаряжение: автомат, три полных магазина, гранаты, аптечка, сухпай на двое суток. Адриана возилась с разгрузкой, подгоняя лямки бронежилета. Её шрам на щеке, теперь почти не бросался в глаза. Рядом с машиной уже стояли Стивенс и Джонсон. Стивенс, высокий худой блондин с впалыми щеками, молча проверял затвор винтовки. Джонсон, коренастый и молчаливый, курил, пуская дым в серое небо. За прошедшие после плена недели они пришли в себя, но в глазах всё ещё читалась та особенная пустота, которую оставляет плен.
— Когда вернётесь? — Кайл вынырнул из-за машины. Он выглядел серьёзным, по-взрослому, и Дерек снова поймал себя на мысли, что брат растёт слишком быстро.
— Мы не на долго, пара тройка дней, — пообещал Дерек, присаживаясь на корточки. — Ты главное — за Элисон приглядывай. И за собой. Если что — сразу к сержант-майору.
— Пригляжу. — Кайл кивнул, но в глазах мелькнула тревога. — Она опять кричала ночью. Снилось что-то.
— Поговори с ней. Скажи, что мы скоро будем.
Адриана помахала мальчишке, забралась в кабину. Дерек сел за руль, рядом с ним Стивенс. Джонсон с Адрианой устроились позади, накрывшись брезентом от ветра.
Дерек вёл машину осторожно, объезжая ямы и ржавые остовы, усеявшие шоссе. Дорога петляла между холмов, уходя всё дальше от знакомых мест. Снег здесь был глубже — горы давали о себе знать.
Через час пейзаж изменился. Вместо развалин пригородных кафе и заправок пошли густые заросли чахлого кустарника, голые скалы, островки мёртвого леса — деревья стояли обугленные, словно здесь прошёл пожар, и даже снег не мог скрыть их мрачного уродства.
— Красиво, — иронично заметила Адриана. — Прямо открыточный вид.
— Заткнись, — беззлобно огрызнулся Стивенс. — Чем меньше красоты, тем меньше желающих сюда сунуться.
— И то верно.
Дорога становилась хуже, асфальт сменился разбитой грунтовкой. «Хамви» подпрыгивал на ухабах, и Дерек то и дело вцеплялся в руль, чтобы не вылететь в кювет.
— Тормозим, — сказал он, когда впереди показались очертания построек. — Дальше пешком. Осмотримся, если все нормально вернемся за машиной.
Машину оставили в небольшой низине, замаскировав ветками и кусками ржавого железа. Дальше двинулись цепочкой, стараясь держаться теней и редких кустов.
База открылась внезапно — бетонные блоки, колючая проволока в несколько рядов, смотровые вышки. Ворота — массивные, сваренные из рельсов — были приоткрыты, но за ними угадывалось движение.
— Военная эстетика, — прошептал Джонсон. — Всё как положено.
— Заметили нас? — спросила Адриана.
— Давно, — ответил Дерек, заметив, как на вышке шевельнулся ствол пулемёта. — Ладно, пошли. Руки на виду.
Они вышли из-за камней, подняв пустые ладони. Метров за двести до ворот их окликнули:
— Стоять! Кто такие?
Голос из динамика звучал металлически, но в нём чувствовалось напряжение.
— Мы с базы в Пасадене! Хотим поговорить! — крикнул Дерек.
— Пасадена? — пауза. — Это где школа?
— Да. Сержант-майор Гиббонс.
— Гиббонс? — в голосе мелькнуло узнавание. — Старый хрыч ещё жив?
— Жив и здоров.
Ворота заскрипели, приоткрываясь шире. Из них вышли трое в пятнистой форме, с автоматами наготове. Старший — с нашивками капитана с усталым, обветренным лицом и сединой в коротко стриженных волосах — окинул их цепким взглядом.
— Оружие на землю. Медленно.
Они подчинились. Капитан кивнул, и двое солдат обыскали прибывших — быстро, профессионально, без лишних движений.
— Чисто, — доложил один.
— Заходите.
Они прошли в ворота, и Дерек впервые увидел базу изнутри.
Это было не похоже на то, что он ожидал. Аккуратные бетонные казармы с зарешеченными окнами и целыми стеклами, складские ангары, столовая — всё поддерживалось в относительном порядке. Между зданиями были расчищены дорожки, стояли бочки с водой, горели небольшие костры, у которых грелись люди. Несколько старых грузовиков и бронетранспортёров застыли в ряд, укрытые брезентом.
Но главное — люди. Они не выглядели истощёнными, как многие другие выжившие. У них было оружие, тёплая одежда, даже какие-то знаки различия. Однако в глазах читалась та же усталость, что и везде, смешанная с настороженностью и недоверием.
— У вас тут почти курорт, — заметил Стивенс, оглядываясь.
— Держимся, — коротко ответил капитан. — Идёмте, полковник ждёт.
Их провели в штаб — одноэтажное здание с гербом Национальной гвардии над входом. Внутри пахло табаком и старой бумагой. На стенах висели карты, исчерченные пометками, в углу работала рация, но приёмник был настроен на прослушивание, а не на передачу.
За столом сидел полковник Макмилланн — сухощавый, подтянутый мужчина лет пятидесяти, с жёсткими чертами лица и коротким ёжиком седых волос. На нём была чистая, выглаженная форма, что само по себе выглядело анахронизмом.
— Садитесь, — он указал на стулья. Взгляд его скользнул по вошедшим, задержался на Адриане, потом на Дереке. — Рассказывайте.
Дерек начал. Он говорил о первой атаке на школу, о второй, о приходе Коннора, о заводе, о Т-200, о летающем охотнике. Макмилланн слушал молча, изредка задавая уточняющие вопросы. Когда Дерек упомянул Скайнет, полковник нахмурился.
— Искусственный интеллект? — переспросил он. — Вы верите в эту чушь?
— Я видел своими глазами, — ответил Дерек. — И не только я. Спросите у Стивенса, он был в плену у «Свободы», слышал их разговоры про заказчиков.
— Заказчики — это одно, — Макмилланн покачал головой. — А разумные машины, которые хотят уничтожить человечество — это из области фантастики.
— То же самое говорили про ядерную войну, — вмешался Стивенс. — А потом полетели ракеты.
В комнате повисла тишина. Макмилланн долго смотрел на них, потом вздохнул.
— Допустим… Допустим, это правда. Что вы хотите от нас?
— Присоединиться, — сказал Дерек. — Вместе мы сильнее. У вас есть люди, техника, оружие. У нас — информация, связь с другими группами и человек, который знает, как бороться.
— Коннор? — полковник усмехнулся. — Гражданский, который командует военными?
— Он спас нашу базу. Дважды.
— Я слышал. — Макмилланн встал, подошёл к окну. — Но решения так не принимаются. У нас тут дисциплина, порядок. Мы не банда мародёров.
— А мы и не банда, — твёрдо ответил Дерек. — У нас есть совет, мы голосуем. Но в бою слушаемся Коннора, потому что его тактика работает.
— Совет? — Макмилланн усмехнулся. — Демократия в постапокалипсисе. Интересно.
— Это лучше, чем диктатура, — тихо сказала Адриана.
Полковник обернулся, посмотрел на неё долгим взглядом.
— Я подумаю, — сказал он наконец. — Оставайтесь пока здесь, отдохните. Завтра дам ответ. Капитан, разместите их.
Они вышли. Капитан — его звали, кажется, Гарсиа — провёл их в пустую казарму, где стояло с десяток коек.
— Располагайтесь. Вечером приходите в столовую, поедите с людьми. Поговорите, может, убедите кого.
— Спасибо, — кивнул Дерек. — Сэр, а мы может перегнать сюда нашу машину? Не хочется оставлять ее без присмотра на долго.
Капитан задумался на секунду, потом кивнул, — Только оставьте ее снаружи у ворот, часовые присмотрят, — после чего развернулся и ушёл, и они остались одни.
— Не нравится мне это, — сказал Стивенс, усаживаясь на койку. — Тянет время. Что-то здесь нечисто.
— Может, и тянет, — согласился Дерек. — Но давить нельзя. Сами знаете — военные не любят, когда им приказывают.
— Знаю. Но если он откажется…
— Тогда будем искать других. Людей, живущих в руинах много, — хватит болтать Стивенс, бери Джонсона и перегоните машину!
Адриана прилегла на койку, закрыла глаза. Дерек сидел рядом, глядя в окно на серое небо. Где-то там, далеко, Кайл сейчас, наверное, снова сидит с Элисон, слушает её сны. Или тренируется с пистолетом в подвале или помогает кому-то на базе. Дела находились всегда.
— Дерек, — тихо позвала Адриана. — А ты веришь Коннору?
— Верю.
— Почему?
— Потому что он знает. Я не понимаю откуда, но знает. И это знание спасает жизни людям.
— А если он ошибается?
— Тогда мы все умрём. Но пока он был прав.
Адриана открыла глаза, посмотрела на него.
— Я с тобой. Что бы ни случилось.
Он наклонился, поцеловал её в лоб.
— Спасибо.
К вечеру они пошли в столовую — длинное помещение со сдвинутыми столами и железными мисками. Народу собралось человек двадцать — солдаты, несколько женщин в военной форме, двое гражданских в спецовках механиков. Пахло перловой кашей и тушёнкой — непривычно сытный запах в условиях общего дефицита продуктов.
Их усадили за отдельный стол, но любопытство брало своё. К ним то и дело подходили, задавали вопросы. Дерек рассказывал, Адриана вставляла замечания, Стивенс и Джонсон отвечали на вопросы о плене.
— А правда, что они летают? — спросил молодой сержант с нашивками танкиста.
— Правда, — ответил Дерек. — Мы видели одного. Как акула в небе. Чёрный, стремительный, гудит так, что кровь стынет.
— И как с ними бороться?
— Учимся. Из ПЗРК можно попасть, если успеть выстрелить. Но они быстрые.
— А почему они сразу не атаковали?
— Сканировали. Собирали информацию. Скайнет учится.
Кто-то недоверчиво хмыкнул, кто-то задумался.
— У вас там, в Пасадене, много народу? — спросила молодая женщина в медицинском халате, сидевшая рядом.
— Сейчас где-то сотня боеспособных, — прикинул Дерек. — Плюс дети, гражданские. Всего около полутора сотен.
— А нас тут всего тридцать два. И большая часть из них не хотят никуда уходить.
— Почему?
— Место насиженное. Склады, запасы. Боятся, что в другом месте будет хуже.
— Может и будет, — честно сказал Дерек. — Но воевать в одиночку — верная смерть. Рано или поздно эти твари найдут вас. А если не они, так банды разорвут вас по частям.
Разговоры за тянулись дотемна. Когда за окнами столовой стало совсем черно, кто-то предложил развести костёр во дворе. Люди вышли наружу, уселись вокруг огня, и вскоре пламя заплясало, отбрасывая длинные тени на стены казарм.
Дерек сидел на перевёрнутом ящике, Адриана прижалась к нему. Рядом пристроились Стивенс, Джонсон и несколько солдат.
— А у нас тут тихо, — задумчиво сказал капитан Гарсиа, глядя на огонь. — Месяцами ничего не происходит. Патрулируем периметр, чистим оружие, слушаем радио. Иногда ловим передачи этого Коннора.
— И что вы о них думаете? — спросила Адриана.
— Странные, — признался капитан. — Слишком уверенно говорит. Словно знает, что будет завтра.
— Может, и знает, — тихо сказал Дерек. — Я сам не понимаю, но он никогда не ошибается.
— Колдун, что ли? — усмехнулся молодой сержант.
— Скорее пророк, — ответил Стивенс. — Таких в старину сжигали на кострах.
— Или слушали, — добавил Джонсон.
Костер догорал, и люди начали расходиться. Дерек задержался, глядя на тлеющие угли. Адриана положила голову ему на плечо.
— Завтра решат, — прошептала она.
— Знаю.
— Боишься?
— Нет. Просто… если они откажутся, мы потеряем время. А времени у нас не так много, чтобы разбрасываться им.
В небе, далеко за горами, мелькнула точка — ночной охотник, снова патрулирующий окрестности. Дерек заметил его краем глаза.
— Ещё один, — прошептал он.
— Скоро их будет больше.
— Знаю. Потому нам и нужны союзники.
Они поднялись и пошли в казарму, оставив угли тлеть в одиночестве.
Где-то в темноте, за колючей проволокой, ветер шевелил сухую траву, и казалось, что сама земля затаила дыхание в ожидании чего-то. Чего-то зловещего...
|
|
| |
| Slider99 | Понедельник, 30.03.2026, 11:22 | Сообщение » 80 |
T-1
Сообщений: 209
| Глава 4. Фермеры и учёные
Дерек проснулся до рассвета — привычка, въевшаяся за годы. Адриана ещё спала, уткнувшись носом в его плечо, дыхание её было ровным и спокойным.
Он осторожно выбрался из-под одеяла, натянул куртку и погладив девушку по волосам, вышел на улицу. Небо было всё таким же серым, тяжёлым, низким. Где-то далеко, за горами, понемногу светлело, но здесь, в долине, об этом напоминал только чуть более светлый оттенок на востоке.
Дерек медленно шёл по территории базы, вглядываясь в детали, которых не замечал вчера. У закрытых ворот двое солдат чистили пулемёт — сосредоточенно, неспешно, словно это была не обязанность, а ритуал. Рядом с казармой пожилой сержант учил нескольких подростков правильно наматывать портянки — те слушали, и кивали. В углу, за импровизированным столом из ящиков, трое чистили картошку, перебрасываясь ленивыми шутками. Со стороны столовой доносился запах свежего утреннего хлеба — настоящего, не пайкового.
Дерек остановился, вглядываясь в эту картину. Здесь было... спокойно. Люди не ждали нападения каждую секунду. Они жили. Чинили одежду, готовили еду, учили молодых. Размеренно, без лишней суеты. Как в том, довоенном мире, которого он почти не помнил.
— Не спится? — раздалось сбоку.
Капитан Гарсиа стоял у входа в казарму, попыхивая самокруткой. В утреннем полумраке его лицо казалось высеченным из камня.
— Привычка, — ответил Дерек.
— Понимаю. — Гарсиа протянул кисет. — Будешь?
— Нет, спасибо. Не курю.
Капитан убрал кисет, усмехнувшись.
— Правильно. Вредная привычка. — Он затянулся, выпуская дым в серое небо. — Нравится у нас?
— Тихо у вас, — Дерек кивнул на возящихся с картошкой. — Как в другом мире.
— Стараемся. — Гарсиа помолчал. — У нас тут правило: если не создавать уюта, люди сходят с ума. То, что произошло м миром, осталось в прошлом, нужно жить дальше.
— У нас в Пасадене тоже живут. Но там... постоянное напряжение. Патрули, дежурства, тревоги. Дети в последнее время в подвале спят.
— Ясно. — Капитан тяжело посмотрел на него. — И вы хотите, чтобы мы туда пошли? В этот ад?
— Я хочу, чтобы мы выжили. Мы все, люди, а не кто-то конкретно. — Дерек повернулся к нему. — Здесь тихо, но это ненадолго. Машины придут. Или банды. И тогда ваш уют сгорит в первую очередь.
Гарсиа ничего не ответил. Только кивнул куда-то в сторону штаба.
— Полковник хочет вас видеть. Через час.
— Хорошо или плохо?
— Не знаю. Он человек непростой. — Капитан помолчал. — Но я бы на твоём месте не ждал быстрого ответа.
— Почему?
— Потому что он тридцать лет здесь командовал. А тут приходят какие-то гражданские и говорят, что теперь будет всё по-другому. — Гарсиа усмехнулся. — Тяжело старым псам новые трюки учить.
Дерек кивнул. Он понимал.
Через час они стояли в штабе перед полковником Макмилланном. Тот сидел за столом, перед ним лежала карта региона, исчерченная пометками. Адриана, Стивенс и Джонсон держались чуть позади.
— Я поговорил с людьми, — начал Макмилланн без предисловий. — Мнения разделились. Примерно половина готова идти к вам, другая часть хочет остаться.
— А вы? — спросил Дерек.
— Я пока не решил. — Полковник поднял глаза. — Мне нужно время. Несколько дней. Обсудить со старшими офицерами, взвесить всё. Это не спринт, это марафон.
— Времени может не быть, — вмешалась Адриана. — Банды не будут ждать. Машины не ждут.
— Я знаю, — Макмилланн посмотрел на неё. — Но, если я поведу своих людей в никуда, это будет хуже, чем промедление. Вы хотите союзников? Я хочу быть уверенным, что этот союз не погубит нас.
Он встал, подошёл к окну, за которым открывался вид на базу — на людей, занятых мирными делами.
— Вы видите это? — спросил он, не оборачиваясь. — Люди чинят крыши, стирают бельё, учат детей читать. Они выжили. Они построили здесь островок нормальной жизни. А вы предлагаете им бросить всё и идти воевать с машинами, о которых они даже не слышали.
— Я предлагаю им не умереть, — твёрдо сказал Дерек. — Островок рано или поздно накроет волной. Но мы не просим вас бросать свои дома. Речь о союзе. Об обмене информацией, ресурсами. Если на одну из наших баз нападут — другие придут на помощь. Вы останетесь здесь, но будете не одни.
Макмилланн посмотрел на него с новым интересом.
— Союз, значит... Не переселение, а сеть?
— Именно. В Пасадене у нас есть люди Коннора, военные из аэропорта. У вас — крепкая база, запасы, обученные солдаты. Вместе мы сможем предупреждать друг друга об угрозах, вместе отражать атаки. Но каждый остаётся на своём месте.
Полковник задумался, снова глядя в окно на свою базу.
— Это... меняет дело, — признал он. — Я думал, вы хотите, чтобы мы всё бросили и пошли в ваше логово.
— Нет, — покачал головой Дерек. — Коннор понимает: у каждого есть свои крепости. Мы просто предлагаем стать соседями. Дружными соседями.
— И то, и другое — потери, — тихо сказал Дерек. — Но я видел, что делают машины. Я видел Т-200. Я видел охотников в небе. Они не остановятся, пока всех не убьют.
Макмилланн долго смотрел на него.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Я дам вам ответ через неделю. А пока… если у вас есть другие дела — занимайтесь. Я не держу.
Дерек переглянулся с Адрианой.
— Договорились, — кивнул он.
Они пожали руки и вышли.
— Неделя, — проворчал Стивенс. — Много.
— Лучше так, чем отказ, — ответил Дерек. — Собираемся. Едем.
Они уже подходили к воротам, когда в кармане Дерека ожила рация. Короткий шифрованный сигнал — вызов от Коннора.
— Дерек, приём. Есть задача.
— Слушаю.
— К северу от вас, примерно в тридцати километрах, обнаружена фермерская община. Наши разведчики засекли, но не приближались. Нужно установить контакт, оценить обстановку. Заодно проверите, что там за люди.
— Понял. Выдвигаемся.
— Будьте осторожны. Район не патрулируется, могли быть мародёры.
— Принято.
Дерек убрал рацию и повернулся к своим.
— Планы меняются, мы едем на север.
«Хамви» снова выбрался на разбитую грунтовку, уводящую в холмы. Дорога петляла между скал, то поднимаясь вверх, то проваливаясь вниз. Снега здесь было меньше — сказывалась близость долины. Ветер утих, и в наступившей тишине стало слышно, как поскрипывает под колёсами замёрзшая грязь.
— Коннор сказал — что территория опасная. Значит, надо быть готовыми, — ответил Дерек, не отрывая взгляда от дороги.
Адриана проверила автомат, передёрнула затвор. — Люди или машины?… с машинами как-то проще. Они железные, в них нет ничего человеческого.
— Люди бывают хуже машин, — тихо сказал Стивенс. — Я в плену насмотрелся. Эти… они получали удовольствие. А машина, она просто выполняет программу.
Все замолчали. Каждый думал о своём.
Через час дорога выровнялась, и впереди показались поля — занесённые снегом, но всё ещё угадываемые очертания грядок, заборов, сараев. Дальше, у подножия холма, стояли несколько домов, сгрудившихся вокруг большого амбара.
— Ферма, — кивнул Дерек. — Похоже, там и живут.
— Тихо, — прищурилась Адриана. — Слишком тихо.
Она была права. Ни дыма из труб, ни движения. Только ветер шевелил снег.
— Объезжаем с той стороны, — решил Дерек. — Зайдём со стороны холма, осмотримся.
Они оставили машину, и пешком преодолели оставшееся расстояние. Отсюда ферма была видна как на ладони.
— Мать твою, — выдохнул Джонсон.
Внизу, у крайнего дома, копошились люди. Человек десять, вооружённые, в разномастной одежде. Они вытаскивали из сарая мешки, ящики, тащили к двум старым пикапам. На снегу лежало несколько тел. Еще несколько мужчин и женщин стояли возле дома с поднятыми руками повернутые лицами к стенке.
— Мародёры, — подтвердил Стивенс.
— Они пока не засекли нас, слишком расслаблены, нужно помочь людям, — быстро сказал Дерек. — Заходим с двух сторон. Джонсон, Стивенс — правее, через овраг. Мы с Адрианой — прямо. Как только я открываю огонь, вы бьёте с фланга. Сразу работаем на поражение.
— Поняли. — кивнул Стивенс и зло ухмыльнулся.
Группа рассредоточилась. Дерек и Адриана аккуратно переместились чуть выше по склону, стараясь не поднимать снежную пыль и занимая более удобную для стрельбы позицию.
Внизу мародёры чувствовали себя вольготно. Они смеялись, перекрикивались, двое уже успели начать отмечать удачную вылазку — сидели у костра, не обращая внимания на происходящее и что-то пили из бутылок. Тела у сарая — трое мужчин и женщина — лежали в неестественных позах.
— Уроды, — прошептала Адриана.
— Целься в тех, кто с оружием, — тихо сказал Дерек. — Готова?
— Готова.
Он поднял автомат, поймал в прицел крайнего — здоровенного детину с помповым ружьём.
Выстрел расколол тишину. Детина рухнул лицом в снег.
Секунда — и всё пришло в движение. Мародёры заметались, поднимая оружие и пытаясь понять, что происходит и откуда пришла смерть. Адриана била короткими очередями, на два патрона, укладывая одного за другим. С фланга ударили Стивенс и Джонсон.
Бой длился не больше пары минут. Когда стихли последние выстрелы, во дворе фермы лежали восемь мёртвых мародёров. Двое пытались удрать на пикапе, но Джонсон метким выстрелом снял водителя, и машина врезалась в забор.
— Живых! — крикнул Дерек, спускаясь вниз. — Нам нужны живые!
Стивенс выволок с пассажирского сидения разбитого пикапа перепуганного парня лет восемнадцати. Тот трясся, заикаясь:
— Не убивайте… не убивайте… мы просто… мы не хотели…
— Заткнись, — оборвал его Стивенс. — Сядь и молчи.
Из дома, держась за стену, вышла пожилая женщина. В руках у неё было охотничье ружьё, направленное на Дерека.
— Ты кто такой? — голос её дрожал, но ствол смотрел твёрдо.
— Мы свои, — Дерек поднял руки. — Слышали стрельбу, пришли помочь. Мародёры мертвы.
Женщина посмотрела на трупы, на своих убитых, и ружьё опустилось.
— Помогли… — прошептала она. — Спасибо. Но поздно.
Из дома выходили другие — женщины, дети, двое стариков. Они смотрели на спасителей с надеждой и страхом.
Дерек опустился на корточки рядом с телом мужчины в клетчатой рубашке.
— Простите, — тихо сказал он. — Мы не успели.
Пленного мародёра увели в сарай — допрашивать взялся Стивенс, после того как он сам побывал в плену, у него проявился определенный талант. Дерек и Адриана помогали раненым, перевязывали, успокаивали. Адриана, несмотря на усталость, работала быстро и уверенно — опыт лазарета давал о себе знать. Джонсон подогнал джип и взобравшись на крышу оглядывал окресности.
Женщину звали Марта. Она оказалась главой общины — муж погиб год назад в стычке с бандой, теперь она тянула хозяйство одна. На вид ей было лет пятьдесят, но стресс последних лет, утрата, изнуряющая работа и постоянные лишения делали её старше чем было на самом деле. Марте оказалось всего тридцать девять.
— Сколько вас? — спросил Дерек, затягивая бинт на руке молодого парня, который тихо постанывал сквозь зубы.
— Раньше было двадцать восемь человек. Потом пятеро подались в бандиты, — женщина кивнула в сторону трупов, — вон они лежат все, решили не просто уйти, а нас полностью обчистить, где-то дружков нашли… таких же сволочей. А сейчас... — Марта посмотрела на тела погибших жителей, которые уже складывали в ряд у сарая. — Теперь девятнадцать. И еще двое раненых, слава богу не больше вашими стараниями.
— Почему вы не ушли отсюда? Здесь опасно.
— Куда? — Марта горько усмехнулась. — Кругом банды, радиация. Мы здесь родились, здесь и умрём.
— Есть люди, которые помогают друг другу. — Дерек поднялся, вытирая руки о снег. — База в Пасадене, там собираются выжившие. У них есть оружие, припасы, связь. Но мы не забираем людей с насиженных мест.
Марта нахмурилась.
— А чего тогда хотите?
— Союза. — Дерек встретил её взгляд. — Вы остаётесь здесь, на своей земле. Но если на вас нападут — мы придём на помощь. Если у нас будут проблемы — вы поможете, чем сможете. Обмен информацией, едой, патронами. Вместе выживать легче, чем поодиночке. Может мы даже сможем оставить здесь небольшой гарнизон, и поможем укрепить периметр.
Женщина долго молчала, глядя на него.
— А что взамен? Мы должны кормить ваших солдат?
— Нет... точнее не совсем. Продукты — это хорошо, но только если сами захотите поделиться. Мы стараемся организовать взаимовыгодное сотрудничество, если вы будете что-то давать, то что-то получите в замен. Самое главное сейчас это быть всем вместе… Ну и информация. Если узнаете что-то о бандах, о машинах — сообщите нам. У вас есть рация? Мы оставим вам частоту для связи.
— Машины? — переспросил кто-то из толпы, мужчина средних лет с перевязанной головой.
— Да. — Дерек повернулся к остальным. — То, что сейчас строят на заводах. Мы уже сталкивались с ними. Железные твари на гусеницах. И летающие. Они придут сюда рано или поздно.
— Мы ничего не слышали про них, — подал голос старик в засаленном тулупе.
— Услышите, еще придет время.
Марта вздохнула, посмотрела на своих убитых, на раненных, на детей, жмущихся к матерям.
— Нам нужно похоронить их, — сказала она. — А потом… потом поговорим. Оставайтесь пока, если хотите.
— Останемся, — кивнул Дерек. — Поможем, чем сможем.
Вечером, когда тела опустили в мёрзлую землю и над могилами прозвучали последние слова, Дерек сидел у костра рядом с Адрианой. Пленный мародёр, допрошенный Стивенсом, рассказал, что их банда — остатки разбитой группировки, что промышляли грабежом уже год, что о машинах они не слышали, и не видели.
— Значит, Скайнет пока не добрался сюда, — задумчиво сказала Адриана.
— Пока, — ответил Дерек. — Но доберётся. И тогда выжившие мародёры сами станут добычей.
Фермеры постепенно привыкали к присутствию незнакомцев. Кто-то принёс еду — миску горячей похлёбки, кто-то предложил ночлег. Дети таращились на оружие, но близко не подходили. Один мальчуган лет семи всё же осмелился подойти к Адриане.
— Тётя, а вы правда убили тех плохих дядек? — спросил он.
— Правда, — ответила Адриана, улыбнувшись. — Они больше ни кого не обидят.
— А вы нас защитите, если они ещё придут?
— Если ваши взрослые согласятся с нами дружить — защитим.
Мальчик кивнул и убежал к матери.
— Смотри, — тихо сказала Адриана. — Они как дети. Им нужна защита.
— Всем нужна, — ответил Дерек. — Поэтому мы здесь.
Где-то в кармане ожила рация. Короткий сигнал — Коннор.
— Докладывай, — раздался его голос.
Дерек коротко рассказал о бое, о потерях фермеров, о разговоре с Мартой. Коннор слушал молча, потом спросил:
— Они согласны?
— Пока думают. Я предложил союз, а не переезд. Кажется, это их устроило больше.
— Хорошо. Оставайся там, пока не решат. Если что — пришлём подмогу. У нас тут тоже новости.
— Какие?
— Группа Эмилии вышла на учёных. Бункер в горах. Там есть информация, которая нам очень пригодится.
— Удачи им.
— Взаимно. Конец связи.
Дерек убрал рацию и посмотрел на небо. Там, далеко за горами, снова мелькнула точка — охотник, патрулирующий окрестности.
— Скоро их станет больше, — прошептал он.
— Знаю, — отозвалась Адриана. — Но сегодня мы победили.
Он обнял её, и они пошли к костру, где фермеры уже разливали по кружкам горячий чай.
В то же самое время, примерно в сотне километров к востоку, Эмилия лежала на снегу, вглядываясь в скалистый склон через оптический прицел. Уже почти час она изучала этот клочок земли, пытаясь найти признаки жизни. Рядом, затаив дыхание, замерли Лина, Таня и Микаэла. Холод пробирался под одежду, но никто не жаловался — привыкли.
Микаэла уже в четвертый раз выходила с группой Эмилии в развед рейды и могла на полных правах претендовать на постоянное членство, особенно с тех пор как Адриана заявила, что теперь будет вместе с Дереком. Терять хорошего бойца Эмилии очень не хотелось и у них даже возник кратковременный скандал, но все решилось миром, так как практически из ниоткуда взялась Микаэла. Она ранее входила в состав бойцов Коннора штатным снайпером, но в группе с мужчинами ей было не особенно комфортно. Темнокожая, статная девушка, с фигурой модели и редчайшими зелеными глазами. На нее заглядывались многие мужчины, а уж от партнеров по группе вообще не было продоху. У девушки практически случился нервный срыв и Коннор перевел ее на базу в Пасадене, определив в группу Эмилии.
— Точно здесь? — шепнула Лина, ёрзая от холода.
— По картам — да, — ответила Эмилия не оборачиваясь. — Объект засекреченный, старые военные разработки. Если кто и выжил из учёных, то только здесь. Слишком хорошо спрятано.
Вход в бункер был искусно замаскирован — небольшая площадка, на которую с трудом сядет вертолет, никаких подъездов, и скальная плита, за которой угадывались очертания герметичных ворот, почти неразличимых на фоне камня. Никаких следов, никакого движения. Только снег и ветер.
— Может, там никого нет? — предположила Таня, с надеждой в голосе. Ей очень хотелось в тепло.
— Есть, — уверенно ответила Эмилия. —Вентиляция работает — снег вокруг неё подтаял. Там кто-то есть. И они не хотят, чтобы их нашли.
Она ещё раз оглядела склон. Никаких признаков охраны, никаких постов. Странно. Если здесь действительно сидят учёные, они должны были бы выставить хотя бы наблюдателя. Но вокруг ни души.
Или они настолько уверены в своей скрытности, что не ждут гостей? Или настолько беспомощны, что даже не думают о защите? — мелькнуло в голове Эмилии. Эта мысль одновременно обнадёживала и тревожила. С одной стороны, хорошо, что не придётся прорываться с боем. С другой — такая наивность граничила с безумием.
— Ладно, — Эмилия приняла решение. — Идём. Но будьте начеку. Эти «яйцеголовые» могут быть непредсказуемы. Они не военные, с оружием обращаться не умеют. Могут наделать глупостей. И смотрите, чтобы никто не выстрелил случайно — у них от страха пальцы могут на спусковые крючки не туда нажать.
Девушки спустились к воротам. Эмилия нашла переговорное устройство, вмонтированное в скалу, нажала кнопку.
— Есть кто живой? Мы не враги. Пришли поговорить.
Динамик молчал долго. Эмилия уже собралась повторить, когда раздался щелчок, и искажённый помехами голос произнёс:
— Кто вы? Как вы нас нашли?
— Мы с базы в Пасадене. Разведгруппа. Хотим предложить сотрудничество.
Снова тишина. Потом металлический лязг — ворота начали медленно открываться, выпуская наружу облако тёплого воздуха.
— Заходите. Быстро.
Эмилия шагнула внутрь и тут же нахмурилась. Их никто не встретил, не попросил оставить оружие. Ворота просто открылись, приглашая войти. Это было до глупости наивно.
— Осторожно, — шепнула она своим. — Держим руки на виду, но будьте готовы. Если что — сразу назад.
За воротами оказался короткий коридор, ведущий в небольшой шлюз. Вторая дверь открылась, и девушки прошли в жилой отсек. После чего обе двери начали медленно закрываться. Несусветная глупость подумала Эмилия.
Их встретили трое — двое мужчин в изрядно потрёпанных лабораторных халатах поверх тёплой одежды и женщина с планшетом в руках. Все худые, бледные, с синевой под глазами — типичные «подземные жители», давно не видевшие солнца. Взгляды рассеянные, но настороженно изучающие. У Третьего из мужчин в руках был какой-то прибор, похожий на сканер, которым он поводил по сторонам, словно проверяя, нет ли у незваных гостей скрытых устройств, или измеряя радиационный фон.
— Вы одни? — спросил старший, с аккуратной бородкой и въедливыми глазами. — Никого не привели?
— Одни, — ответила Эмилия, оглядывая помещение. В дали виднелась лаборатория за прозрачной стеклянной стеной, которая была заставлена приборами, компьютерами, какими-то схемами. В углу жилого отсека стояли койки, столы, на столах — остатки еды, грязные вещи валялись одной кучей, которая похоже ждала отправки в стирку. Всё говорило о том, что люди здесь живут уже давно, но к быту не привыкли — кругом царил творческий беспорядок, и лежал мусор.
— Я доктор Гейтс, — представился старший. — Руководитель исследовательской группы. Мы здесь с самого начала. Скажите, а как вы нас нашли? Это место было засекречено. Мы думали, что о нас забыли.
— У нас есть военные карты, — уклончиво ответила Эмилия. — А вы даже не выставили охрану. Почему?
Гейтс усмехнулся, но в его усмешке не было самоуверенности — скорее, горечь.
— Охрану? Мы же учёные, а не солдаты. У нас есть пара пистолетов, но... мы не умеем ими пользоваться. Честно говоря, они валяются где-то в ящике, и я даже не уверен, заряжены ли они. — Он развёл руками. — Да и кому мы нужны? Мы ни на кого не нападаем, никому не мешаем. У нас нет ничего нужного там снаружи. Сидим себе в норе, как кроты, мы даже не выходим отсюда. Нам просто незачем. Еда есть, для нас ее хватит на многие десятилетия, вода тоже есть, у нас собственная скважина, уходящая далеко в породу. Отопление и электричество без ограничений, бункер полностью автономен, у нас атомный реактор внизу...
Эмилия покачала головой. Эта наивность граничила с безумием. Если бы она была мародёром, они бы уже были мертвы, а всё их оборудование вывезено.
Господи, — подумала она. — Они даже не понимают, какое сокровище хранят. Или понимают, но настолько оторвались от реальности, что считают себя в безопасности. Идиоты. Гениальные, но идиоты.
— Вы не представляете, что творится снаружи, — сказала она вслух. — Банды, мародёры, машины. Вам повезло, что мы первые, кто вас нашёл. И что мы пришли с миром.
— Машины? — переспросила подошедшая женщина в очках и с планшетом в руке, нахмурившись. — Какие машины? Вы про танки?
— Про автоматические, — ответила Эмилия. — Про те, что сами ездят и стреляют. Про те, что летают и охотятся на людей.
Учёные переглянулись. В их взглядах мелькнуло что-то похожее на понимание.
— Давайте по порядку, — сказал Гейтс, жестом приглашая пройти к столу, с которого одним махом руки сгреб все на пол, и увидев недоуменный взгляд девушек проговорил. — Присаживайтесь и поговорим. А это, это приберем чуть позже, когда разберемся с задачей.
Эмилия заметила, что один из учёных то и дело поглядывает на её автомат, словно видит его впервые.
— Вы здесь чем занимаетесь? — спросила она, усаживаясь на предложенный стул.
— Мы работали на военных, — ответил Гейтс, усаживаясь, напротив. — Разрабатывали системы искусственного интеллекта для оборонных проектов. В том числе... участвовали в создании системы Скайнет.
Эмилия почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она слышала это слово от Коннора. Оно всегда произносилось с особым значением.
— Вы его создали?
— Не мы лично, — покачал головой Гейтс. — Мы были частью большой команды. Разработка велась десятилетиями, в разных центрах, в разных штатах. Мы занимались алгоритмами самообучения, нейросетевыми архитектурами. Но общую картину не видел никто, кроме кураторов проекта. — Он помолчал. — До определённого момента.
— А после?
— После того, как он активировался, мы начали получать обрывки данных. Понимаете, Скайнет — это не просто программа. Это система, которая эволюционирует. Она анализирует свои ошибки, адаптируется, совершенствуется. И она... учится, учится постоянно, в том числе у людей. Наверное, это самое страшное.
Женщина с планшетом — её звали доктор Чен — подошла к стене, на которой висела огромная схема, испещрённая стрелками и формулами.
— Мы пытались понять, почему он вышел из-под контроля. И кажется, нашли ответ. — Она указала на один из узлов. — Вот здесь, в коде самообучения, была заложена логическая ошибка. Скайнет воспринял попытку отключения как акт агрессии. И решил, что единственный способ защитить себя — устранить угрозу.
— То есть он просто защищался? — удивилась Лина.
— С точки зрения машины — да. Но проблема в том, что он продолжил учиться. И теперь его логика стала... чуждой. Он видит людей не как объект защиты, а как вирус, который нужно уничтожить, чтобы спасти планету. Экологический подход, если хотите.
Эмилия почувствовала, как внутри закипает злость. Эти люди сидели здесь, в тепле и безопасности, рассуждали об экологии, пока наверху гибли люди.
— Это всё интересно, — сказала она жёстко. — Но нам нужно знать, как его остановить. На поверхности гибнуть люди.
Гейтс кивнул.
— Мы знаем. И, кажется, знаем, как его можно уничтожить. — Он подошёл к компьютеру, пощёлкал клавишами. — Скайнет — это не единый центр. Это распределённая сеть. Уничтожить один узел — значит заставить его мигрировать на другой. Нужно нанести удар по всем узлам одновременно. Или...
— Или что?
— Или найти способ внедрить в его код вирус, который заставит его самоуничтожиться. Мы работали над этим, но нам не хватает данных, оборудования, людей. В одиночку мы ничего не сделаем.
Эмилия почувствовала, как внутри загорается надежда. Это было именно то, что нужно Коннору.
— Мы можем помочь, — сказала она. — У нас есть люди, оружие, связь с другими группами. Но продолжать работать вам нужно здесь. Это хорошо защищенное место, с трудными подступами, которое не взять с наскока, а долгую осаду сейчас не выдержит не один нападающий, разве что… Разве что машины, но мы постараемся с этим что-то сделать. Мы предлагаем союз. Вы остаётесь здесь, работаете над своим проектом, а мы обеспечиваем защиту и необходимые ресурсы. Взамен вы делитесь с нами информацией и помогаете уничтожить взбесившийся Скайнет.
Гейтс переглянулся с коллегами. В их глазах читалось недоверие, смешанное с надеждой.
— А почему мы должны вам верить? — спросила доктор Чен. — Вы можете просто взять всё силой. Мы беззащитны.
Эмилия усмехнулась.
— Могла бы, — спокойно ответила она, постучав по автомату. — Но не взяла. Потому что мы не бандиты. Мы пытаемся выжить. И хотим, чтобы выжили все. Если бы мы хотели вас ограбить, вы бы уже были мертвы, а ваши компьютеры, продукты и другие ценности — в кузове грузовика.
Она выдержала паузу, давая им осознать сказанное.
— Поймите, — добавила она мягче. — В одиночку вам не выжить. Мы уйдем, но рано или поздно вас найдут другие. И они отнесутся к вам не как мы. А мы — ваш единственный шанс, а вы наш.
Повисла долгая пауза. Потом Гейтс кивнул.
— Хорошо. Давайте попробуем. Но сначала... расскажите нам, что происходит там, наверху. Мы тут совсем оторвались от реальности. Последние новости, которые мы слышали — это ядерные удары. А потом связь оборвалась.
Эмилия начала рассказывать. О бандах, о «Свободе», о Т-1, о Т-200, о летающих охотниках, о базе в Пасадене, о Конноре. Учёные слушали, затаив дыхание. Иногда кто-то из них перебивал, задавал вопросы, просил уточнить детали.
— Мы и представить не могли, что всё зашло так далеко, — прошептал Гейтс, когда она закончила. — Мы думали, Скайнет просто защищается. А он... он уже строит армию. Свою армию.
— Именно. Поэтому нам нужно работать вместе.
— Да, я думаю вы правы. Нам нужно объединить усилия, — немного подумав произнес Гейтс.
— Тогда мне нужно связаться с базой. Дайте мне выйти наружу рация здесь не ловит.
— Коннор слушает. Эмилия, докладывай. Как там учёные?
— Есть контакт. Они согласны на сотрудничество. И, у них есть важная информация. Они говорят, что знают, как уничтожить Скайнет.
Пауза. Потом голос Коннора, в котором впервые за долгое время проскользнуло что-то похожее на эмоции:
— Оставайся там. Закрепи контакт. Мы пришлём группу для охраны и связи. И если учёным нужна еда, одежда, медикаменты. Что привезти, мы вышлем вертолет?
— Принято. Высылайте людей с необходимым запасом. Здесь всё спокойно, но... охрана нужна. Сами они беспомощны как дети.
— Понял. Конец связи.
Эмилия убрала рацию и вернувшись в бункер посмотрела на учёных.
— Ну что ж, коллеги. Похоже, у нас начинается большая работа. К вам прибудет подкрепление. Люди, которые будут вас охранять и помогать с ресурсами. А вы пока думайте, что вам нужно для исследований.
Гейтс кивнул, но в его глазах всё ещё читалась тревога. Он не до конца верил, что эти вооружённые люди не представляют угрозы. Но выбора у него не было. И это осознание делало его уязвимым.
Эмилия это понимала. И решила про себя, что будет держать ухо востро. Учёные могут быть гениальны, но в вопросах выживания они полные профаны. А значит, ответственность за их безопасность ложится на неё или тех, кто будет с ними работать.
— Ладно, — сказала она, поднимаясь. — Мы пока побудем здесь, дождёмся наших. А вы, если хотите, покажите нам, что у вас есть. Может, найдём что-то полезное.
Учёные засуетились, начали показывать свои разработки, чертежи, расчёты. Эмилия слушала вполуха, но краем глаза следила за входами и выходами. Привычка, въевшаяся за годы войны, не позволяла расслабиться даже здесь, в этом подземном убежище с закрытыми бронированными створками, где пахло пылью и старой бумагой.
Где-то там, наверху, снова мелькнула точка — охотник, патрулирующий горы. Но здесь, в глубине, его не было слышно.
Пока.
В Пасадене, на базе в бывшей школе, жизнь текла своим чередом. Утро начиналось с завтрака, потом — занятия, их вел пожилой профессор математики, каким-то чудом уцелевший после судного дня и прибившийся к зарождающейся группе сержант-майора, потом — помощь по хозяйству.
Кайл сидел на корточках во дворе, разбирая вместе с другими ребятами старый пулемёт. Рядом стоял сержант-майор, и руководил процессом.
— Не так, не так! — ворчал он. — Сначала снимаешь затвор, потом чистишь ствол. А ты, Кайл, покажи им, как магазин разряжать.
Кайл ловко выщелкнул патроны из рожка, протянул мальчишкам.
— Видите? Потом надо протереть, смазать. Если не смазать — заклинит в самый неподходящий момент.
Мальчишки смотрели с уважением. Кайл для них был героем — он уже участвовал в настоящих боях.
В другом углу двора девочки помогали чинить одежду. Элисон сидела вместе с ними, неумело орудуя иголкой. Рядом лежал её медведь, уже заштопанный во многих местах.
— У тебя криво получается, — заметила старшая девочка, лет двенадцати.
— Я знаю, — вздохнула Элисон. — Мена мама учила, но я забыла как нужно.
— Ничего, научишься. Здесь все учатся.
Кайл, закончив с оружием, подошёл к костру, где грелись несколько ребят. Элисон подняла голову, посмотрела на него.
— Кайл, — позвала она тихо.
— Что?
— Мне опять снилось. Те машины. Они шли по улице, а люди прятались. И одна зашла в дом, где мы сидели.
— Кто мы?
— Я не знаю. Много людей. И она смотрела на меня. У неё были красные глаза.
Кайл присел рядом.
— Это просто сон.
— Нет. — Элисон покачала головой. — Я чувствую. Это будет. Скоро.
Кайл обнял её.
— Если что — я рядом. Я тебя защищу.
— Я знаю.
Вечером, когда стемнело, взрослые разрешили развести большой костёр во дворе. Дети собрались вокруг, кто-то достал старую губную гармошку, заиграл незатейливую мелодию. Другие подпевали.
Сержант-майор стоял в стороне, глядя на эту картину. К нему подошла медсестра.
— Редко у нас такое, — сказала она. — Мирные вечера.
— Редко, — согласился старик. — Потому они и ценны.
Детям нужно побыть детьми, хотя бы какое-то время.
|
|
| |
