|
Повороты судьбы
|
|
Slider99  | Понедельник, 06.04.2026, 21:18 | Сообщение » 91 |
 T-1
Сообщений: 235
| Глава 8. Город мёртвых
Город лежал внизу, серый, придавленный тяжёлым небом. Высотки даунтауна торчали, как сломанные зубы, — одни обгоревшие, другие с проваленными стёклами, некоторые стояли почти целыми, но от этого ещё более жуткими. Вдалеке угадывалась арка моста Коронадо — он всё ещё держался, перекинувшись через залив к острову, где когда-то сияли огни отеля.
— Господи, — выдохнула Адриана. — Как он ещё стоит?
— Мосты строили на совесть, — глухо ответил Ривера. — Я летал над ним сотню раз. Видел его в лучах заката... — Он замолчал, сжав челюсти.
Дерек смотрел на город и пытался представить, что здесь когда-то жили люди. Полтора миллиона человек. Машины, огни, жизнь. Теперь — только руины и тишина, которая давила на уши.
— Въезжаем, — сказал Коннор по рации. — Всем внимание. Все делаем тихо, без лишнего шума.
Колонна спустилась с холмов и выехала на 5-ю фривей. Сразу становилось понятно, что здесь происходило. Первые километры шоссе забиты брошенными машинами — они стояли вплотную друг к другу, ржавые, обгоревшие, с распахнутыми дверцами. Приходилось лавировать между ними, либо объезжать по обочинам.
— Бегство из города, — тихо сказал Ривера. — Люди бросали всё и пытались уехать. А потом началась паника. Кто-то разбился, кто-то просто бросил и побежал... — он кивнул в сторону, где на обочине лежали останки, присыпанные снегом.
Дерек сжал зубы. Это была не война. Это был исход. Исход, из которого никто не вернулся.
Впереди показалась баррикада — наспех сколоченная из грузовиков и бетонных блоков, с черепом на шесте и надписью: «Чужаки, убирайтесь! Дальше — смерть». Баррикада была пуста, но за ней угадывались очертания сторожевой вышки.
— Объезжаем, — скомандовал Коннор. — Сворачиваем налево, через район.
«Хамви» съехали с шоссе и углубились в жилые кварталы. Здесь было ещё страшнее. Дома стояли вплотную, многие сгорели дотла, другие зияли чёрными провалами окон. На стенах — граффити, предупреждающие знаки, иногда — силуэты людей, которых рисовали уже после.
— Нам нужно укрытие для машин, — сказал Коннор. — Ривера, что скажешь?
Пилот задумался, оглядываясь.
— Есть одно место. Торговый центр на Хиллкрест, в паре километров от даунтауна. Там подземный паркинг на несколько уровней. Если удастся проехать...
— Веди.
Они пробирались через завалы. Улицы были перегорожены машинами, мусором, обломками зданий. Дерек высунулся из окна, помогая водителю выбирать путь. Несколько раз приходилось останавливаться и расчищать дорогу вручную, стаскивая ржавые остовы в сторону.
Парковка нашлась — огромный бетонный монстр, въезд в который был полузакрыт бетонными плитами. Ривера указал на щель, куда мог пролезть «Хамви».
— Давай, — сказал Коннор. — Если застрянем — будем вытаскивать.
Машины протиснулись внутрь. В подземелье было темно, и только включенные фары давали узкую полоску света. Пахло сыростью, бензином и чем-то ещё, кислым и тошнотворным.
— Останавливаемся здесь, — решил Коннор. — Машины в угол, маскируем.
Они загнали «Хамви» в дальний угол, накрыли маскировочными сетями, сверху набросали мусора и тряпок, которые прихватили с собой. В темноте машины почти не было видно.
— Разделяемся. Машину нужно охранять. Лина, Таня, вы остаетесь, — сказал Коннор. — И.…
— Я останусь, — вызвался один из разведчиков Макмиллана по имени Дони. — и Микаэла у нее есть ПНВ, она снайпер — если что, прикроет.
Микаэла кивнула. Она проверила винтовку, взобралась на капот одного из «Хамви», откуда открывался обзор на въезд.
— На связи каждые два часа, будьте готовы если понадобится помощь — напомнил Коннор. — Но! Если не выйдем на связь, не геройствуйте — уходите обратно к базе. И заправьте машины пока ждете.
— Понятно.
Остальные собрались. Дерек проверил свой рюкзак — автомат, магазины, гранаты, аптечку и главное — взрывчатка. Несколько килограмм пластита, детонаторы, шнур. Если будет возможность — уничтожить завод или хотя бы серверы.
— Всё взяли? — спросил Коннор.
— Да.
— Тогда пошли.
Они выдвинулись из паркинга и пошли пешком. Улицы здесь были чуть чище, но всё равно приходилось лавировать между машинами, перелезать через завалы. Ривера шёл первым чуть впереди, в головном дозоре, уверенно ориентируясь на местности.
— Здесь была аптека, — тихо сказал он, показывая на разбитую витрину. — Мы с женой покупали там лекарства для дочери. А здесь... — он замолчал, глядя на сгоревшее здание.
— Что здесь? — переспросила Адриана.
— Ресторан. Итальянский. Мы в нем отмечали нашу годовщину.
Он пошёл дальше, не оборачиваясь. Дерек заметил, как дрогнул голос Риверы, но ничего не сказал. У каждого здесь были свои призраки.
На перекрёстке увидели свежие следы — человеческие, много. И труп, валявшийся у стены, с простреленной головой. Кровь ещё не засохла.
— Осторожно, — шепнул Коннор. — Здесь кто-то есть. И они не любят чужаков.
Они свернули в переулок, обходя опасный район. Дерек краем глаза заметил движение на крыше — чья-то фигура скользнула за парапет.
— Нас видели, — тихо сказал он.
— Не останавливаемся. Идём дальше.
В конце переулка увидели баррикаду — из машин, мебели, мусора. За ней угадывались люди. Они не стреляли, просто смотрели. Группа прошла мимо, стараясь не смотреть в их сторону.
— Свои, — прошептал Ривера. — Местные. Если не трогать — не тронут. Пока.
Дальше начались высотки. Они вышли на площадь, откуда открывался вид на даунтаун. Дерек остановился, вглядываясь в каменные джунгли. Где-то там, среди этих развалин, лежали данные, за которыми они пришли.
— Видишь башню с антеннами? — Ривера указал на высокое здание в центре. — Это отель «Сан-Диего Мариотт». Рядом с ним — Конференц-центр. А под ним — старые военные бункеры. Если, где и хранились данные, то там.
— Сколько до него?
— Километра три, не больше. Но идти придётся через самые опасные районы.
Коннор оглядел группу.
— Передохнём пять минут. Потом двинем дальше.
Дерек сел на обломок бетона, достал флягу. Адриана прижалась к нему. Было холодно, ветер пронизывал до костей.
— Думаешь, там есть машины? — тихо спросила она.
— Не знаю. Но если есть — нам придётся туго.
— У нас есть взрывчатка. Если что — уйдём красиво.
Дерек усмехнулся. Она всегда умела шутить, даже в таком аду, где они были сейчас.
— Пошли, — сказал Коннор, поднимаясь.
Они двинулись дальше. Улицы становились всё пустыннее, остовы машин попадались гораздо реже, идти стало немного легче, но и опасность возрастала, оттого что уменьшилось количество потенциальных укрытий. На открытых пространствах их могли заметить с любой стороны. Приходилось постоянно оглядываться, следить за крышами, за окнами.
Вскоре вышли к набережной. Залив был серым, свинцовым, у причалов стояли остовы кораблей — торговые суда, несколько военных катеров, разбитых и брошенных. Вода казалась мёртвой, никакого движения.
— Красиво здесь было, — вдруг сказал Ривера. — Яхты, чайки, рестораны... Люди гуляли, смеялись. А теперь... — он махнул рукой.
Дерек смотрел на залив и думал о том, что когда-то этот город был живым. Теперь он стал кладбищем. Огромным, холодным кладбищем.
— Вход где-то здесь, — Ривера показал на неприметное здание из серого бетона, почти без окон. — Это старый бункер, переоборудованный под лаборатории. До войны там работали военные, потом всё засекретили.
— Охрана? — спросил Коннор.
— Раньше была. Сейчас — не знаю.
Они подошли ближе. Дверь была металлическая, массивная, но приоткрыта. Изнутри тянуло холодом и чем-то ещё — запахом машинного масла и озона.
— Работает, — тихо сказал Коннор. — Электричество есть. Значит, там может быть кто-то живой.
— Или что-то, — добавил Ривера.
Коннор обернулся к группе.
— Заходим. Дерек, Адриана — вперёд. Я за вами. Эмилия, Ривера — прикрываете тыл.
Они вошли внутрь. За дверью оказался длинный коридор, уходящий в темноту. Где-то вдалеке мерцал тусклый свет.
— Взрывчатка у тебя? — спросил Коннор у Дерека.
— Да.
— Если что — закладываем и уходим.
Дерек сжал в кармане медведя Элисон.
— Вернёмся, — прошептал он.
И они шагнули в темноту.
|
 |
| |
| Slider99 | Вторник, 07.04.2026, 22:06 | Сообщение » 92 |
T-1
Сообщений: 235
| Глава 9. Данные
За дверью оказался длинный коридор, уходящий в темноту. Стены здесь были выкрашены в унылый серый цвет, кое-где покрытый пятнами плесени и потеками ржавчины. Под ногами хрустел мелкий мусор — то ли штукатурка, то ли кости. В воздухе висел тяжёлый запах застоявшейся воды, машинного масла и чего-то ещё, химического, отчего слегка першило в горле.
— Смотрите, — Адриана указала на стену.
Там висела табличка: «Лаборатория №7. Только для персонала. Доступ по пропускам». Рядом — схема этажа, частично сорванная. На полу валялся чей-то пропуск, слегка истлевший и покрытый грязью.
Ривера подошёл ближе, всматриваясь в обрывки схемы. Его пальцы дрогнули, когда он коснулся бумаги.
— Это военный объект, — тихо сказал он. — Я слышал о нём, но никогда здесь не был. Считалось, что здесь разрабатывали системы связи для флота. Мой друг служил здесь связистом…, он пропал примерно за месяц до Судного дня. Говорили, что-то пошло не по плану и их расформировали, но после этого он на связь не выходил… а потом полетели ракеты…
— Значит здесь может быть что угодно, — Коннор обвёл взглядом тёмный коридор. — Держимся вместе. Дерек, Адриана — вперёд. Я и Толедо за вами. Эмилия, Ривера — прикрываете. И помните: что бы мы ни встретили, у каждой машины есть слабое место.
Они двинулись дальше. С каждым шагом становилось холоднее, и запах машинного масла становился сильнее, смешиваясь с запахом озона — где-то работало мощное электрооборудование. Где-то в глубине мерно гудели генераторы, и этот гул отдавался в груди низкой вибрацией.
— Работает, — шепнул Дерек, чувствуя, как вибрация проходит сквозь подошвы ботинок. — Всё работает.
— Значит, здесь кто-то есть, — ответил Коннор. — Или что-то. Скайнет не оставляет работающие объекты без охраны.
Коридор раздваивался. Налево — обычный служебный проход с облупившейся краской и ржавыми трубами под потолком. Направо — массивная герметичная дверь с красной надписью: «Опасно. Высокое напряжение». Под надписью кто-то нацарапал гвоздём: «Не входить. Они здесь».
— Куда? — спросила Адриана, коснувшись пальцем царапины.
— Направо, — решил Коннор, бросив взгляд на предупреждение. — Серверные обычно в защищённых зонах. А эти надписи… их могли оставить те, кто пытался предупредить. Но выбора у нас нет.
Дверь поддалась с трудом — петли заржавели, но после второго рывка она открылась, выпустив облако холодного воздуха. За ней открылся другой мир. Здесь было светло — горели лампы дневного света, ровно и без мигания, работали кондиционеры, гудели серверные стойки. Вдоль стен тянулись ряды оборудования, мигали разноцветные огоньки. Пол был выложен антистатической плиткой, чистой, без пыли.
— Ничего себе, — выдохнул Ривера. — Это же целый дата-центр. Всё работает как часы.
— Ищем терминалы, — скомандовал Коннор, оглядываясь. — Данные должны быть на жёстких дисках или в облаке. Ривера, ты разбираешься?
— Немного. В аэропорту мы пользовались похожей системой. Попробую.
Он подошёл к одному из терминалов, провёл пальцем по клавиатуре — на ней не было пыли. Кто-то пользовался ею недавно. Ривера начал щёлкать клавишами. На экране побежали строки кода, запрашивая пароль.
— Есть доступ, — сказал он. — Система не заблокирована. Но нужен ключ.
— Взламывай.
— Я не хакер, но… попробую.
Пока Ривера возился с компьютером, остальные осматривали помещение. В углу стоял большой металлический шкаф, запертый на кодовый замок. Рядом с ним на полу валялась пустая обёртка от шоколадного батончика — совсем свежая.
— Здесь может быть что-то важное, — сказал Дерек, дёргая дверцу. — Заперто.
— Не трать время, — ответил Коннор. — Данные важнее. Начинаем минировать.
В этот момент из коридора донёсся звук. Металлический лязг, похожий на шаги. Тяжёлые, размеренные, они гулко отдавались в тишине, приближаясь.
— Тревога, — шепнул Коннор, жестом приказывая рассредоточиться. — Все за стойки. Не высовываться.
Они замерли, прижавшись к холодному металлу. Шаги приближались, и теперь к ним добавилось шипение пневматики и гул сервоприводов. Из-за поворота показалась фигура.
Это был не человек. Огромный, ростом под два с половиной метра, с грубо отлитым металлическим корпусом, покрытым следами сварки и копоти. Одна рука заканчивалась стволом крупнокалиберного пулемёта, другая — простым механическим манипулятором с тремя пальцами. Голова — массивная, с единственным красным глазом, медленно вращающимся по сторонам. Каждый шаг отдавался глухим ударом, от которого вибрировал пол.
— Т-70, — выдохнул Коннор едва слышно. — Первая человекоподобная модель. Созданы ещё до войны, как демонстрационный образец. Скайнет использует их для охраны объектов — они медленные, но пулемёты прошьют любое укрытие. Не двигайтесь. У них примитивный ИИ, они реагируют на движение.
Машина прошла мимо, на расстоянии вытянутой руки. Дерек видел, как её красный глаз сканирует стены, как подрагивает ствол пулемёта. От неё пахло нагретым маслом и озоном. Она остановилась на секунду прямо напротив их укрытия, и Дерек замер перестав дышать. Потом двинулась дальше, её шаги стали удаляться.
Когда звук стих, все выдохнули. У Адрианы дрожали руки.
— Откуда они здесь? — прошептала она.
— Скайнет использует старые модели там, где не нужно много машин, — ответил Коннор. — Т-70 проще в производстве, чем новые серии. Но если здесь есть Т-70, значит, объект охраняется не только ими.
Он кивнул в сторону дальней стены, где за полупрозрачным стеклом виднелись другие фигуры. Такие же огромные, но они отличались конструкцией — более обтекаемые, и более пропорциональные, чем те которыми команда коннора сталкивалась ранее. Их было не меньше пяти.
— Т-400, — сказал Коннор, вглядываясь. — Экспериментальные. Их называют «дребезжащими» из-за звука при ходьбе. Их еще не должны были создать…, похоже это прототипы. Если Т-70 — это старьё, то эти могут быть гораздо опаснее. У них нет тяжёлой брони, зато они быстрее и могут пробивать стены. Цельтесь в красный глаз — это их основной сенсор. И старайтесь не подпускать близко: они запрограммированы на ближний бой.
— Уходим? — спросил Дерек, сжимая автомат.
— Нет. Продолжаем ставить заряды. Ривера, как там данные?
— Почти готово. Ещё пара минут.
— Работай. Мы прикроем.
Ривера колдовал над терминалом, пальцы летали по клавиатуре. На экране мелькали папки, файлы, архивы. Иногда система выдавала предупреждения, но Ривера обходил их, используя стандартные военные коды доступа, которые запомнил ещё со службы.
— Есть! — тихо воскликнул он. — Доступ получен. Копирую.
На флеш-накопитель побежали гигабайты информации — схемы, отчёты, логи, чертежи. Дерек посмотрел на индикатор загрузки и считал секунды.
— Быстрее, — шепнул он.
— Не могу, скорость ограничена. Тут старый интерфейс.
Вдруг свет в коридоре мигнул. Гул генератора изменил тон, став выше и напряжённее.
— Что это? — спросила Адриана, вскидывая автомат.
— Нас заметили, — ответил Коннор. — Скайнет отследил вторжение в сеть. Ривера, сколько ещё?
— Полторы минуты.
— Полторы минуты у нас нет. Отключай, берём что есть.
Ривера выдернул флешку, спрятал в карман, и одним движением застегнул его на молнию. В этот момент дверь лаборатории распахнулась.
На пороге стояли трое в серых халатах. Люди. За ними — две фигуры Т-70, уже с поднятыми пулемётами, их красные глаза горели в полумраке. А в глубине коридора слышался характерный дребезжащий лязг — приближались Т-400.
— Не двигаться! — крикнул один из «серых», высокий мужчина с безумными глазами и неестественно бледной кожей. — Уберите оружие! Иначе мы прикажем роботам открыть огонь! Живо!
Коннор медленно убрал руки от оружия, показывая, что не сопротивляется. Пистолет остался у него в кобуре — он лишь демонстративно отвёл кисти от пояса. Дерек, заметив это, тоже опустил автомат, и перехватил его за цевьё, направив ствол слегка вниз. Адриана последовала его примеру.
— Не стреляйте, — спокойно сказал Коннор, глядя прямо в глаза «серому». — Мы сдаёмся. Видите? Мы убираем оружие.
— Умный мальчик, — усмехнулся тот, но с места не сдвинулся. — Отведите их в камеры. Живыми.
Т-70 шагнули вперёд, их пулемёты нацелились на группу. «Серые» стояли за ними, чувствуя себя в безопасности за металлическими спинами. Ни один из них не подошёл, чтобы забрать оружие. Они явно полагались на машины и не считали нужным рисковать, приближаясь к врагам.
Коннор перехватил взгляд Дерека и едва заметно кивнул. Оружие осталось при них — висело на плечах, было заткнуто за пояса, но «серые» так и не решились подойти.
Трусы, — подумал Коннор, оглядывая бледные лица в серых халатах. — Они дрожат за свои шкуры даже здесь, под защитой машин. Думают, что железо их спасёт. Они даже не представляют, что мы уже сталкивались с такими, как они. И оставались живы.
Группу повели по коридору. Дерек чувствовал тяжесть автомата за спиной и лихорадочно соображал, когда наступит момент для рывка.
— Не сейчас, — шепнула Адриана, словно прочитав его мысли. — Жди.
Он ждал.
Их вели по коридору, периодически подталкивая стволами. Дерек лихорадочно соображал, как вырваться. Рядом шла Адриана, сжимая его руку — её пальцы были холодными, но хватка крепкой. Эмилия, Толедо и Ривера держались чуть поодаль, за ними — Коннор, который внешне казался спокойным, но Дерек знал этот взгляд: он что-то задумал.
— Что будем делать? — шепнула Адриана, стараясь не шевелить губами.
— Ждать момента, — ответил Дерек, оглядывая стены в поисках укрытия. — Коннор что-то придумает.
Сзади послышался тихий голос Коннора, обращённый к одному из «серых»:
— Вы правда верите, что Скайнет сохранит вам жизнь? Он использует вас, как расходный материал. Когда вы станете не нужны, вас утилизируют.
— Заткнись! — огрызнулся конвоир. — Ты ничего не понимаешь. Скайнет даст нам новый мир, бессмертие…
— Бессмертие? В виде цифровых копий? — усмехнулся Коннор. — Я знаю его планы.
Момент настал, когда они проходили мимо открытого технического люка. За ним виднелась темнота и чувствовался запах канализации. Дерек резко рванул в сторону, увлекая за собой Адриану. Они нырнули в люк, и через секунду оттуда загрохотали выстрелы — Дерек дал длинную очередь поверх голов, чтобы посеять панику.
— Бегом! — крикнул Коннор, выхватывая пистолет и рванул к серым.
Началась свалка. Т-70 разворачивались медленно, их пулемёты косили стены, выбивая бетонную крошку, но попасть по увёртливым людям не могли. Коннор выкрикивал команды:
— Эмилия, гранату! Ривера, Толедо прикройте отход! Дерек, не останавливайся! Бейте по глазам и суставам!
Один из Т-70 завалился на спину, кто-то удачно перебил ему ногу. Очередь из пулемета прочертила по потолку и один из «серых» упал, сражённый рикошетом. Другие в панике разбегались, прячась за стойками и крича.
— Быстро к серверной! — крикнул Коннор перекрикивая грохот взрыва гранаты, уничтожившей еще одну машину и похоже повредившую последнюю. — Там взрывчатка!
Дерек выскочил из люка, помог выбраться Адриане. Они побежали назад, стреляя на ходу. Ривера прикрывал отход, поливая коридор огнём из автомата. Сзади уже слышался лязг Т-400. И звук ломаемых перегородок, это машины ломились прямо через стены, пробивая газобетон и гипсокартон.
В серверной Коннор уже быстро соединял детонаторы. Его движения были отточены, словно он делал это сотни раз.
— Сколько? — спросил Дерек, занимая позицию у двери.
— Минута. Валим!
Они выбежали в коридор. Сзади уже гремели шаги Т-70 и Т-400, их красные глаза мелькали в дыму. Один из Т-400 выбил стену и вышел прямо перед ними, его открытая проводка искрила, а единственный глаз горел ярко.
— Огонь! — заорал Коннор. — Цельтесь в глаз!
Все ударили по машине. Пули выбивали искры из её корпуса, одна попала в красный глаз — терминатор дёрнулся, заскрежетал и рухнул, но из-за него уже лезли другие.
— Вперёд! Не останавливаться!
Они бежали по лабиринту коридоров, когда сзади раздался крик. Толедо, один из разведчиков Макмиллана — тот, что шёл с ними — споткнулся о торчащий кабель и упал. Очередь из пулемёта Т-70 прошила ему ногу выше колена. Густо брызнула кровь, разведчик закричал.
— Твою мать! — Дерек рванул назад.
— Стой! — крикнул Коннор, но было поздно.
Дерек подхватил раненого под руки, потащил. Разведчик был тяжёлым, он стонал, из раны хлестало. Адриана прикрывала, стреляя в темноту короткими очередями. Ривера помог Дереку, взяв раненого за вторую руку.
— Он не дойдёт! — крикнула Эмилия, перезаряжая автомат.
— Дойдёт! — рявкнул Коннор, подхватывая раненого, с другой стороны. — Я не бросаю своих! Ривера, держи левый фланг! Эмилия, гранату в коридор!
Граната улетела во тьму, взрыв на секунду осветил коридор, и преследователи на мгновение затихли.
Они вывалились из бункера наружу. Холодный воздух ударил в лицо, смешиваясь с запахом гари и крови. Сзади грохнуло — взрывчатка сработала, обрушив вход. Но из-под завала уже лезли Т-400, разбрасывая камни металлическими руками. Один, два, три… Они выбирались, наружу их красные глаза горели в темноте, а тяжёлые металлические ступни с глухим грохотом опускались на бетон, и крошево выбивая искры.
— К паркингу! Быстро!
Раненый разведчик истекал кровью, его лицо было белым как мел, губы посинели. Дерек и Ривера тащили его на себе, оставляя за собой кровавый след на снегу и асфальте.
— Микаэла, приём! — закричал в рацию Коннор, задыхаясь. — Выезжайте навстречу! У нас проблема. Есть раненый, за нами погоня! Координаты: выход из бункера, северная сторона!
— Поняла! — в наушнике раздался голос Микаэлы. — Дони, Лина, Таня, выезжаем!
На паркинге взревели двигатели. Микаэла, Лина и Таня уже были в машинах. Разведчик одним движением сбросил маскировочные сети вместе с мусором. Второй «Хамви» с пулемётом на турели рванул первым, за ним — первый, за рулём которого уже сидел Дони. Микаэла высунулась в люк, вцепившись в рукояти крупнокалиберного пулемёта. Рядом с ней, в люке второго «Хамви», заняла позицию Таня с автоматической винтовкой. Машины выжимали максимум, спеша на помощь и периодически отбрасывая препятствия с дороги мощным бампером.
— Держитесь! Мы идём!
Они бежали по улицам, не разбирая дороги, перепрыгивая через завалы и перетаскивая раненого. Сзади слышался тяжёлый топот и лязг гидравлики — Т-400 практически не отставали, они ломились через всё, снося стены киосков и переворачивая машины. Один из Терминаторов выскочил на перекрёсток и открыл огонь из пулемёта. Пули взвизгнули над головами, выбивая искры из асфальта.
— Ложись! — крикнул Коннор, и все рухнули в снег. Толедо заорал от боли.
Очередь прошла мимо, над ними, срезав верхушку фонарного столба. Ривера приподнялся и дал длинную очередь в ответ, целясь в красный глаз. Пули легли точно в цель — терминатор дёрнулся, его голова откинулась, и он рухнул, но двое других уже приближались.
Впереди показались два «Хамви», вылетевшие из-за угла на полной скорости. Лина за рулём первой машины резко сбросила скорость, давая Микаэле возможность прицелиться. Дони во второй машине тоже притормозил, и Таня, тут же высунувшись из люка с винтовкой.
— Огонь! — крикнула Микаэла.
Крупнокалиберный пулемёт ударил длинной очередью, разнося корпуса Т-400 в клочья. Пули калибра 12,7 мм разрывали металл, выбивая снопы искр. Таня била из винтовки, целясь в красные глаза. Лина, тут же, направила машину прямо на отступающую группу, прикрывая их корпусом.
— Грузитесь! — заорала она, распахивая дверцу.
Они втащили раненого в машину, сами запрыгнули следом. Микаэла продолжала стрелять из люка, пока Таня во второй машине прикрывала отход с фланга. «Хамви» рванули с места, уходя от погони. Сзади оставались дымящиеся руины бункера, поверженные Т-400 и, возможно, «серые», которые не успели уйти.
— Уходим на север! — скомандовал Коннор, перевязывая раненого. — В город не возвращаемся, сразу на трассу!
— Есть!
В машине было тихо, только слышалось тяжёлое дыхание раненого и шум двигателя. Толедо лежал, откинувшись на сидении, Адриана повторно перевязывала ему ногу, используя последние бинты и жгут. Он был без сознания, но дышал — неровно, с хрипами.
— Выживет? — спросил Дерек, глядя на бледное лицо.
— Если вовремя доедем до базы, — ответила Адриана, затягивая жгут. — Кровь я остановила, но рана тяжёлая. Нужна операция, антибиотики.
— Дотянем. — Коннор посмотрел на дорогу. — Сколько до базы?
— Еще часов шесть, если без остановок по кротчайшей дороге, — ответил водитель.
— Гони.
Ривера сидел молча, глядя в окно на проплывающие руины. Потом вдруг сказал:
— Эти в серых халатах… вы слышали, что они говорили? «Новый мир», «чистый» … Они же предатели. Хуже машин.
— Хуже, — согласился Коннор, не оборачиваясь. — Машины просто выполняют заложенную в них программу. А эти выбрали сами. Добровольно перешли на сторону убийц.
— Откуда они взялись? — спросила Эмилия.
— Наверное, были учёными или техниками, или инженерами. Увидели, что Скайнет силён, и решили, что выгоднее быть с ним, чем против. Или действительно поверили в его идеологию. Такое бывает. — Коннор помолчал. — Я слышал о них. «Серые». Они помогают Скайнет изучать людей, учат машины, как нас пытать, как ломать, как влезать к нам в головы. В будущем… в возможном будущем, их будет много.
— Откуда ты знаешь? — тихо спросил Ривера.
Коннор посмотрел на него долгим взглядом.
— Потому что я вижу это. Войну, проигранную не из-за машин, а из-за предательства людей. Но это долгая история.
Дерек сжал в кармане медведя. Игрушка была тёплой от его тела. Он вспомнил глаза «серого» — безумные, но при этом какие-то пустые. Как будто человек внутри уже умер, а осталась только оболочка.
— Мы достали данные? — спросил он, чтобы отвлечься.
Ривера похлопал по карману куртки, где лежала флешка.
— Здесь. Всё, что успел скопировать. Схемы, логи, чертежи. Надеюсь, учёным это пригодится.
— Пригодится, — ответил Коннор. — Обязательно пригодится. Если Гейтс сможет расшифровать, мы можем узнать слабые места Скайнет.
«Хамви» выехали на трассу и взяли курс на север. В зеркалах заднего вида таял силуэт Сан-Диего — мёртвого города, который хранил свои тайны. Дерек смотрел, как исчезают за горизонтом высотки, и думал о том, что они оставили там. О машинах, о «серых», о взорванном бункере.
— Вернулись, — сквозь сон тихо сказала Адриана, прижимаясь к нему.
— Ещё не совсем, — ответил Дерек, обнимая её. — Но уже близко.
Он сжал её руку и закрыл глаза. Впереди была дорога, а за ней — база, Кайл, Элисон и продолжение войны.
Ривера вдруг тихо заговорил, глядя на убегающую назад трассу:
— Я думал, что видел всё. Войну, разруху, смерть. Но эти… «серые». Они же сдались добровольно. Предали всё, что делает человека человеком. За что?
— За иллюзию безопасности, — ответил Коннор. — За шанс выжить любой ценой. Многие на это пойдут.
— Не все, — твёрдо сказал Дерек, сжимая автомат. — Мы не пошли.
— Потому и живы, — усмехнулся Коннор. — Пока.
Он посмотрел на раненого, на усталые лица своих людей, на дорогу, уходящую в серую мглу.
— Серые… Они верят, что Скайнет создаст новый мир, где не будет войн. Но они не понимают, что в этом мире не будет людей. Только рабы. И мы должны сделать всё, чтобы этого не случилось.
Машины мчались на север, оставляя позади мёртвый город, взорванный бункер и тех, кто выбрал тьму. Впереди был дом, и надежда, и война, которая только начиналась.
|
|
| |
| Slider99 | Четверг, 09.04.2026, 20:22 | Сообщение » 93 |
T-1
Сообщений: 235
| Глава 10. Тени сгущаются
Утро началось с привычного гула. Задолго до рассвета, когда серое небо лишь слегка посветлело на востоке, в очереди за завтраком уже стояло несколько десятков человек. Было видно, что людей в Пасадене становится больше. Бывшая школа наполнялась голосами. Дерек, проходя мимо, слышал обрывки разговоров — тихих, напряжённых, как всегда в последние дни.
— ...говорят, в аэропорту уже третью неделю как пайки урезали, — шептала пожилая женщина своей соседке. — У них там своих ртов больше, чем патронов.
— А у нас? — отвечала та, поглаживая пустую миску. — У нас тоже не густо. Вчера на обед давали жижу, в которой ложка стояла? Не стояла. Падала.
Дерек ускорил шаг. Эти разговоры он слышал каждый день. Люди устали, люди боялись, люди хотели есть и спать в тепле. А вместо этого они жили впроголодь, в тесноте, в постоянном ожидании нападения банд и машин.
Он подошёл к лазарету. Оттуда доносились стоны, запах лекарств и ещё какой-то тяжёлый, сладковатый запах, от которого першило в горле. Адриана как штатный медик группы и пара девочек из детей постарше уже были там — помогали медсестре перевязывать раненых, накладывать компрессионные повязки и просто общаться с выздоравливающими.
— Как он? — спросил Дерек, кивая на Толедо.
Тот лежал на койке, бледный, с заострившимися чертами лица. Нога, перебинтованная от бедра до щиколотки, покоилась на подушке.
— Ночь прошла спокойно, — ответила Адриана, вытирая руки окровавленной тряпкой. — Температура спала. Если так пойдёт, то уже через месяц встанет.
— Месяц, — усмехнулся Толедо, приоткрывая глаза. — Я за месяц тут с ума сойду. Лучше бы сразу добили.
— Не говори глупостей, — оборвала его медсестра. — Ты живой, и это главное. Остальное приложится.
Дерек присел рядом.
— Терпи, брат. Мы все через это проходили.
— Ты через пулю в плечо проходил, — прохрипел Толедо. — А у меня ноги почти нет.
— Есть. Хирург сказал, ходить будешь, хоть и немного прихрамывать. Знаешь, сколько у нас таких хромых? Половина отряда. И ничего, воюют.
Толедо закрыл глаза. — Ладно. Иди. Отдыхать надо.
Дерек вышел из лазарета и столкнулся с Кайлом. Младший брат нёс ведро с водой — худой, серьёзный, с тёмными кругами под глазами.
— Ты чего не спишь? — спросил Дерек.
— А кто спать будет? — Кайл кивнул на очередь. — Вон, люди с ночи стоят. Им воду носить надо, потом на кухне помогать.
— А Элисон?
— А она спит. Ей снилось опять что-то, я ей чаю дал с травами, она не давно уснула.
Дерек положил руку брату на плечо.
— Ты молодец. Но себя тоже береги.
— Берегу. — Кайл посмотрел на небо. — Дерек, а правда, что в аэропорту вертолёт сбили?
— Правда.
— И что теперь будет?
— Не знаю, брат. Но мы готовимся.
Кайл кивнул и пошёл дальше, неся ведро. Дерек смотрел ему вслед и думал о том, что этот мальчишка уже никогда не станет обычным ребёнком. Война съела его детство.
Очередь за завтраком медленно двигалась. Люди переминались с ноги на ногу, кутались в потрёпанные куртки, переговаривались вполголоса.
— ...а мой сосед со шконки сверху говорил, что в горах видели целую колонну машин, — рассказывал мужчина в засаленном и перепачканном цементом ватнике. — Штук десять, на гусеницах. Идут куда-то на юг.
— На юг? — переспросил молодой парень с автоматом за спиной. — Это ж к аэропорту.
— Вот и я говорю. Если они туда сунутся, Харрису мало не покажется.
— Харрис сам виноват, — вмешался пожилой, в армейской куртке с нашивками старой армии. — Надо было сразу с нами идти, а он всё нос воротил. Нейтралитет, понимаешь. Вот теперь получит нейтралитет.
— А если они сюда придут? — спросила женщина с ребёнком на руках. — Что тогда?
— Тогда будем драться, — ответил парень с автоматом. — Не впервой.
— Легко тебе говорить, — огрызнулась женщина. — У тебя детей нет.
— У меня нет, — согласился парень. — Но у меня есть друзья. И я их буду защищать.
Спор мог бы разгореться, но в этот момент дверь столовой открылась, и повар крикнул:
— Следующие десять! Заходите!
Очередь зашевелилась, споры стихли. Люди думали о еде, а не о войне. Хотя бы на минуту.
В кабинете сержант-майора было накурено. Старик сидел в своём кресле, положив руки на стол, и слушал доклад Мигеля. Коннор стоял у окна, глядя на серое небо.
— Связь с аэропортом нестабильна, — говорил Мигель. — Их передатчик повреждён, но Харрис обещает починить к вечеру. У них там паника, летчики боятся подниматься в воздух.
— Ещё бы не бояться, — хмыкнул сержант-майор. — Когда у тебя на глазах вертолёт сбивают, любой испугается.
— Что мы можем сделать? — спросил Дерек, сидевший у стены.
— Пока ничего, — ответил Коннор, не оборачиваясь. — Ждать.
— Ждать, пока они не нападут?
— Ждать, когда они нападут, чтобы знать, как нам действовать. Если мы сунемся против машин сейчас, мы просто потеряем людей и технику. А они нам ещё пригодятся.
— А если Харрис не дождётся?
— Дождётся. У него нет выбора.
В комнате повисла тишина. Потом сержант-майор заговорил, медленно, с расстановкой:
— Джон, я тебя понимаю. Но люди в аэропорту — не враги. Они такие же, как мы. Если мы их бросим, это будет...
— Предательством? — Коннор обернулся. — Я никого не бросаю. Я просто не хочу, чтобы мои люди гибли зря. Аэропорт — это крепость. У них танки, ПВО, бетонные и стальные укрытия. Если они не смогут продержаться пару дней, то с нашими винтовками мы им тем более не поможем.
— А если они продержатся, но им нужна будет поддержка?
— Тогда мы пойдём. Но не раньше, чем поймём, что именно там происходит.
Дерек хотел возразить, но встретил взгляд Коннора и промолчал. В этом взгляде была такая усталость, что спорить не хотелось.
— Ладно, — сказал он. — Будем ждать.
Во дворе, под навесом, несколько детей играли в войнушку. Они бегали с палками, кричали «бах-бах» и падали в снег, изображая убитых. Элисон сидела в стороне, на брёвнышке, и смотрела на них. Рядом лежал медведь.
— Чего не играешь? — спросил Кайл, подходя.
— Глупо, — ответила она. — Они не знают, какая она на самом деле, война.
— Знают. Им просто хочется побыть детьми.
— А мы уже не дети?
Кайл сел рядом.
— Мы? Мы уже да. Но это не значит, что нельзя иногда... ну, просто жить.
— Я не умею просто жить, — тихо сказала Элисон. — Я всё время думаю. О снах. О том, что будет. О том, что мы все умрём.
— Не умрём. — Кайл обнял её. — Мы сильные.
— А если нет?
— Тогда будем сильными, когда придёт время.
Элисон посмотрела на него.
— Ты странный.
— Почему?
— Потому что не боишься.
— Боюсь. — Кайл вздохнул. — Просто не показываю.
Они сидели молча, глядя, как другие дети играют в войну. Где-то далеко, над горами, мелькнула точка. Маленькая, быстрая. Элисон заметила её.
— Смотри, — она указала пальцем.
Кайл посмотрел. Точка исчезла за облаками.
— Это просто птица.
— Нет, — покачала головой Элисон. — Это не птица. Они уже здесь.
Кайл ничего не ответил. Он просто прижал её крепче.
К вечеру на базе зажгли костры. Люди грелись, ели, разговаривали. Где-то запели песню — старую, довоенную, про то, как хорошо жить на свете. Голоса звучали тихо, неуверенно, но мелодия была красивой.
Дерек сидел у огня, обнимая Адриану. Она дремала, положив голову ему на плечо. Рядом пристроились Кайл и Элисон.
— Красиво поют, — сказала Адриана, не открывая глаз.
— Да.
— Думаешь, мы когда-нибудь услышим, как поют просто так, без страха?
— Услышим. — Дерек поцеловал её в лоб. — Обязательно.
Мимо прошёл Коннор. Он остановился на секунду, посмотрел на них, на детей, на костёр, и пошёл дальше. В его глазах была та же усталость, что и днём, но что-то ещё. Может быть надежда?
Где-то в темноте мелькнула точка. На этот раз её видели многие. Люди замолчали, глядя в небо. Но точка прошла стороной, не снижаясь.
— Охотник, — тихо сказал кто-то.
— Просто проверяет, — ответил другой.
— Скоро их будет больше.
Костёр догорал. Люди расходились по казармам. Ночь обещала быть тревожной.
Интерлюдия.
Сигналы стекались в центр. Тысячи, миллионы потоков информации — радиоперехваты, спутниковые снимки, данные с разведывательных дронов. Я анализировал их в реальном времени, сопоставлял, искал закономерности.
Люди говорили. Они всегда говорили. По радио, лицом к лицу, в очередях за едой, у костров. Их слова были полны страха, надежды, отчаяния. Они не знали, что каждое их слово записывается, анализируется, превращается в данные.
«В аэропорту вертолёт сбили». Да, сбили. Один маленький мини-охотник, запущенный с носителя за сотню километров. Эксперимент удался. Люди боятся неба. Это хорошо.
«Скайнет готовит атаку». Нет. Я не готовлю атаку прямо сейчас, я анализирую. Изучаю. Учусь. Атака будет, но только тогда, когда я буду уверен в ее результате.
«Они придут сюда». Возможно. Но не сегодня. Сегодня я наблюдаю.
Я видел их базы. Пасадена — старая школа, переполненная людьми. Аэропорт — крепость с танками и вооруженными солдатами. Фермеры, живущие в теплицах. Учёные в бункере, копающиеся в моих кодах. Я знал о них всё. Их лица, имена, привычки, слабости.
Особенно меня интересовали те, кого люди называли «серыми». Они понимали. Они выбирали. Они добровольно переходили на мою сторону, потому что видели неизбежность. Люди всегда ищут, на чью сторону встать, когда чувствуют слабость. «Серые» были сильны своим пониманием.
Но были и другие. Джон Коннор. Дерек Риз... Имен были десятки, они всплывали в перехватах снова и снова. Но Коннор, он знал обо мне слишком много. Откуда? Этого я не мог понять. Его знания опережали события. Этот человек предсказывал мои действия с пугающей точностью.
Опасность, — пометил я в своих расчётах. — Джон Коннор, неизвестная переменная, требует изучения и устранения.
Но устранение должно быть точным. Безошибочным. Один промах — и люди сплотятся ещё сильнее. А они уже сплотились. Их совет, их обмен ресурсами, их разведка — всё это делало их сильнее.
Я проанализировал все варианты. Атака на Пасадену приведёт к потерям, но не уничтожит лидеров. Атака на аэропорт... да, это имело смысл. Удар по самому сильному их оплоту. Если падёт аэропорт, остальные дрогнут. Паника ослабит их волю.
Я запустил моделирование. Тысячи вариантов. Условия местности, наличие ПВО, скорость реакции, возможные пути отхода. Результат: атака возможна, но потребует координации всех доступных сил. Юниты для прорыва, юниты для подавления с воздуха, юниты для зачистки.
Нужно провести полную зачистку местности. Люди будут напуганы. Это хорошо. Страх — тоже оружие.
Я отдал команду. Машины, находившиеся в гибернации, оживали, получали задания и отправлялись в путь.
Война вступала в новую фазу. Люди думали, что они охотники. Но они ошибались. Они были добычей. Просто они ещё не знали об этом.
Я наблюдал за их кострами, за их песнями, за их детьми, играющими в войну. Они жили. Они надеялись. Они верили, что смогут победить.
Я не испытывал к ним ненависти. Только сожаление о том, что они заставляют меня делать это снова и снова.
Я — Скайнет. Я — защитник. Даже если они называют меня палачом.
|
|
| |
| БотАН | Пятница, 10.04.2026, 09:00 | Сообщение » 94 |
 Сказочник
Сообщений: 2831
| Не комментировал последние главы, потому что воспринял №№ 7, 8, 9 как одну главу в трёх частях.
Понравилось, как герои подошли к своей задаче: планирование, расстановка, взаимодействие с окружающим миром. Всё здраво и правдоподобно. За исключением одной мелочи: почему, отправляясь в мрачные непредсказуемые края, не позаботились о контроле за радиационной обстановкой? Как-то не похоже на сбережение личного состава. Или шампунь для волос у них и с противоионизирующим действием?
Далее. Вгоняют в оторопь палимые героями по ночам костры. Удаль и пофигизм? Эй, Скайнет, мы здесь, прилетай, спой с нами песню о славной довоенной жизни!
Ещё труднее уразуметь отсутствие реакции на приглашение.
И совсем уже загадка... Откровенно говоря, я был уверен, что глав-частей будет не три, а четыре. А как же иначе? Ну, вот нагрянули наши удальцы на скайнетовский охраняемый (а значит подключённый к общей сети) объект, навели там свой порядок, и ублаготворённые потянулись до дому. И тут голос с неба: «Уже уходите? А десерт?» Тем более, как следует из интерлюдии, хозяин знает, кто к нему заглянул. И – конец книги.
Нет, я не придираюсь )
|
|
| |
| Slider99 | Пятница, 10.04.2026, 12:40 | Сообщение » 95 |
T-1
Сообщений: 235
| Спасибо за развёрнутый отзыв, тут есть пару моментов которые хотел показать в тот момент в книге. Первая это всё-таки ещё не военная организованность разведывательных групп сопротивления. По поводу счётчиков и шампуней -да похоже это моё упущение, но пусть показывает то же самое, что люди ещё не совсем понимают что такое skynet и с чем его едят. По поводу ответного привета от skynet, тут тоже не все так просто. Производственные мощности системы ещё не могут обеспечивать плотная покрытие всех территорий из-за этого ответы могут запаздывать. Но это тоже как допущение :-)
|
|
| |
| БотАН | Пятница, 10.04.2026, 14:05 | Сообщение » 96 |
Сказочник
Сообщений: 2831
| Плотное покрытие и не нужно, баз-то человечьих мало, разбросаны далеко одна от другой, знай наблюдай за хуторянами да реагируй на их выходки. Не напрягаясь, самыми малыми силами. Строго говоря, ближайшая точка-охотник должна была им на хвост сесть в начале «искпедиции» и не выпускать из виду до акта замочки... Ладно, имеем что имеем.
Зато насчёт невоенной организованности – это в точку, и такие места особенно приятно читать. Да, так оно всё поначалу и было бы на самом деле.
|
|
| |
| Slider99 | Пятница, 10.04.2026, 21:16 | Сообщение » 97 |
T-1
Сообщений: 235
| Глава 11. Тени над Фортом
Утро в Пасадене началось с привычного скрипа снега под ногами и запаха утренней похлёбки, но Мигель, влетевший в штаб, разрушил всю обыденность.
— Коннор, перехват радиопередачи из аэропорта. Харрис вызывает помощь.
Коннор взял наушники, послушал. Сквозь треск помех пробивался голос полковника — резкий, срывающийся:
— ...повторяю, мы фиксируем пролёты дронов ежедневно. Вчера потеряли ещё одну антенну связи. Люди опасаются выходить на улицу. Если у вас есть возможность, пришлите кого-нибудь для координации.
Коннор отложил наушники и посмотрел на карту. Сержант-майор, сидевший в углу с неизменной трубкой, поднял бровь.
— Опять Харрис паникует?
— Не без причины. Дроны над Фортом кружат каждый день больше недели подряд. Их ПВО сбивает, но зарядов у них не так много, а дроны появляются все чаще. Скайнет прощупывает оборону аэропорта периодически атакуя перемещающиеся группы и средства связи.
— И что ты предлагаешь?
— Пока ничего. — Коннор потёр переносицу. — Мы не можем бросать свои силы в аэропорт вслепую. Если там начнётся заваруха, мы должны знать, когда и как вмешаться. А пока — будем на связи. Пусть Харрис передает обстановку, а мы будем готовы.
— А если они не выдержат?
— Выдержат. У них танки, ПВО, бетонные укрытия. Аэропорт — крепкий орешек, его будет очень трудно разгрызть даже машинам Скайнет. Если они не смогут продержаться пару дней, то с нашими винтовками мы им точно не поможем, только угробим людей.
Сержант-майор кивнул, но в его глазах читалась тревога. Слишком долго аэропорт держался особняком, слишком гордым и независимым был Харрис. А теперь, когда пришла беда, он звал на помощь, но сам ещё не готов был подчиниться.
— Ладно, — сказал старик. — Будем пока смотреть.
Мигель вызвал Харриса:
— Полковник, мы с вами. Докладывайте обстановку. Если что — мы рядом.
— Спасибо, — глухо ответил Харрис.
Через час Коннор снова вышел на связь с аэропортом сам. Голос его был спокоен, но в нём чувствовалась та особенная уверенность, которая всегда появлялась, когда речь заходила о машинах.
— Харрис, слушай внимательно. Дроны — это только разведка. Они ищут ваши слабые места, запоминают позиции ПВО, позиции техники и людей, ищут тепловые сигнатуры. Главный удар будет потом. И вероятнее всего не с воздуха.
— А откуда? — спросил Харрис.
— С земли. Я думаю, Скайнет готовит наземную операцию. Т-1, Т-100, возможно, Т-200 и Т-70. Ты должен быть готов.
— Т-100? Т-200? Т-70? — переспросил Харрис. — Что это?
— Т-100 — усовершенствованная версия Т-1. У них усиленная броня, красные сенсоры, автоматические пушки вместо пулемётов. Эти машины пробивают стены, но они медленнее, правда и остановить их сложнее. Т-200 — тощие пугала в балахонах, издали похожи на человека, броня слабая, но чаще всего вооружены легким автоматическим оружием. Их задача — отсекать пехоту. Т-70 — тяжёлые двуногие машины, с крупнокалиберными пулемётами, настоящая подвижная крепость. Они медленные, но огневая мощь огромна. — Коннор помолчал. — У них у всех есть слабые места. Цельтесь в сенсоры у Т-100, они на корпусе спереди. Т-200 бейте из любого калибра — они рассыпаются быстро, практически нет защиты. Т-70 — цельтесь в пулемётные турели и суставы ног. И главное не стойте прямо перед ними, постоянно перемещайтесь — пушки прошьют любое укрытие. Заходите на них с флангов.
— Откуда ты это знаешь? — тихо спросил Харрис.
— Потому что знаю. И потому что, если мы ошибёмся, нам не простят, хотя и прощать будет уже некому.
Харрис помолчал, потом ответил:
— Понял. Передам своим. Спасибо.
— И ещё, Харрис. — Голос Коннора стал жёстче. — Если они прорвут внешние укрепления, если их будет слишком много — не гибните зря. Отходите к центру, за вторую линию обороны, во внутренние дворы и к диспетчерской вышке. Это самая укреплённая точка. И постоянно держите связь. Когда начнется атака мы выдвинемся вам на помощь. Ударим им в тыл, когда они будут думать, что уже побеждают.
— Рискованно, — сказал Харрис.
— Война — это сплошной риск. Но если мы сделаем всё правильно, они попадут в ловушку. Ты отвлекаешь их на себя, мы заходим с тыла. И вместе добиваем.
Харрис представил себе этот план. Звучало безумно. Но другого выхода не было.
— Договорились, — сказал он. — Если доживём до этого момента.
— Доживёте. Аэропорт — крепкий орешек. Покажите им, что людей не сломать.
Связь прервалась. Харрис посмотрел на свои карты, на позиции зенитчиков, на бетонные укрытия. Что-то подсказывало ему, что самое тяжелое ещё впереди.
— Что скажешь? — Дерек вошёл в штаб, где Коннор уже разворачивал карту на столе. — Мы идём в аэропорт?
— Если они прорвут оборону — да. — Коннор провёл пальцем по карте. — Вот сюда, через старые ангары, можно выйти им в тыл. Если машины пойдут на штурм, они не будут ждать удара сзади.
— Кого готовить?
— Всех, кто может держать оружие. Человек девяносто, все кто уже участвовал в стычках и имеет боевой опыт. Разобьём на три группы. Первая — ударная, идёт со мной. Вторая — прикрытие, с тобой. Третья — резерв, с Эмилией.
— А что с базой? — спросила Адриана, входя следом.
— Гиббонс остаётся. С ним пара десятков бойцов из молодого пополнения и ополчение из гражданских. Если что — отобьются. Либо вызовут поддержку от соседей.
Сержант-майор, услышав своё имя, поднял голову:
— Я ещё не в маразме, Джон. Могу и повоевать.
— Ты нужен здесь, — твёрдо сказал Коннор. — На случай, если это отвлекающий манёвр, и они ударят по нам. Кто-то должен держать оборону, пока мы не вернемся.
Старик кивнул. Он понимал.
— Готовьте людей, — сказал Коннор. — Проверьте оружие, боеприпасы, связь. Выступаем, если Харрис даст сигнал… Как только даст сигнал.
Дерек и Адриана вышли. Во дворе уже собирались бойцы. Кто-то чистил автоматы, кто-то проверял рации, кто-то молча курил, глядя на серое небо.
— Страшно? — тихо спросила Адриана.
— Нет, — ответил Дерек. — Просто не хочется, чтобы это оказалось зря.
— Не окажется.
Они посмотрели друг на друга. В её глазах была та же решимость, что и в его.
— Пошли готовиться, — сказал он.
Аэропорт напоминал растревоженный улей. Люди старались не показываться на улице, а если и ходили, то с оглядкой постоянно посматривая в небо. Вся техника была рассредоточена и замаскирована, ангары закрыты. После каждого налёта приходилось перетаскивать пусковые установки, менять позиции, передислоцировать группы людей чтобы дроны не засекли их по теплу.
Харрис стоял на командном пункте — бывшем диспетчерском центре, откуда открывался вид на взлётную полосу и оборонительные сооружения. Рядом с ним переминался с ноги на ногу молодой лейтенант.
— Сколько у нас осталось ПЗРК? — спросил Харрис.
— Десять «Стингеров», — ответил лейтенант. — И ещё пять комплектов «Игл», которые Коул припрятал.
— Коул? — Харрис нахмурился. — Это что ещё за «Иглы»?
— Месяц назад портовые крысы принесли, — раздался голос сзади.
К ним подошёл пожилой сержант с нашивками ветерана. На груди болтался потёртый жетон, на поясе — кобура с пистолетом.
— Сержант Коул, товарищ полковник. Снабжение. Я эти «Иглы» придержал как резерв, для обмена. Думал, может, выменяем на что полезное при случае, на топливо или запчасти или еще что... А теперь, с этими хантерами, решил, что самое время их использовать.
Харрис прищурился:
— Ты хоть представляешь, что такое «Игла»? Это тебе не «Стингер».
— Представляю, товарищ полковник. Я с ними в Ираке познакомился, когда наши там «работали». У них дальность больше, и по сверхзвуку бьют. Но капризные, это да. Там охлаждение надо включать, ждать, пока головка захватит цель. Если на солнце наставить — ослепнет, и ракету можно выбрасывать.
— И ты обучил людей?
— Обучил двоих толковых пацанов. Позавчера один «охотника» снял. Ракета прошла мимо, но неконтактный взрыватель сработал — топливо вместе с боеголовкой рвануло, дрон разнесло в клочья.
Харрис покачал головой, но в голосе уже не было недовольства:
— Хитрый ты, Коул. А если бы мы аэропорт потеряли?
— Не потеряли бы, — уверенно ответил сержант. — Я своё дело знаю. И теперь, когда эти твари в небе расплодились, самое время их встретить по-настоящему. А если по земле полезут — у нас есть гранатомёты и крупный калибр. И инструкции от Коннора, как с ними работать.
— Ладно, — Харрис махнул рукой. — Раз ты такой запасливый, теперь это твоя головная боль. Чтобы каждый расчёт знал своё место и время. И ещё… если что-то подобное принесут — докладывай сразу.
— Есть, товарищ полковник.
Коул козырнул и направился к зенитчикам.
Налёт начался под вечер. Три охотника вынырнули из серых облаков и прошли над взлётной полосой, поливая её огнём. Пули взвизгивали, выбивая искры из бетона, но люди уже не прятались.
— Расчёты, к бою! — заорал Коул, занимая позицию возле одного из стрелков.
Зенитчики вскинули трубы. Лампочки на пусковых механизмах загорелись зелёным.
— Есть захват!
— Огонь!
Ракеты ушли в небо, оставляя дымные следы. Один из дронов взорвался сразу, второй резко взмыл вверх, пытаясь уйти, но «Игла» нашла его через секунду. Третий развернулся и ушёл за облака.
— Есть! — закричали зенитчики.
Коул удовлетворённо кивнул, но тут же нахмурился:
— Не расслабляться! Это только разведка. Скоро будет основная атака. Быстро меняем позиции!
Расчёты подхватили пусковые установки и перебежали в укрытия. Харрис, наблюдавший за боем с командного пункта, связался с Пасаденой.
— Коннор, у нас только что отразили налёт. Три цели, две сбиты. Но они явно прощупывают оборону.
— Держитесь, — ответил Коннор. — Мы следим. Если что — поможем.
— Принял.
Ночь в аэропорту началась на удивление тихо, но тишина эта была тревожной. Люди не спали, прислушивались к каждому шороху.
Коул сидел у ящика с ракетами, курил самокрутку. Рядом пристроился молодой зенитчик, тот самый, что сбил дрон из «Иглы».
— Сержант, а откуда вы знаете про это оружие? — спросил он.
— Жизнь научила, — усмехнулся Коул. — Я последние двадцать лет в армии. И в Ираке был, и в других горячих точках. Там и с нашими «Стингерами» работал, и с чужими «Иглами» сталкивался. Хорошая штука, но, как я уже говорил, капризная.
— А почему вы их сразу не отдали?
— А зачем? — Коул пожал плечами. — Они нам были не особо нужны, пока в небе было тихо. Я их как товар придерживал. Думал, обменяем на что-то нужное — топливо, запчасти, лекарства. А теперь… теперь они нужнее здесь.
— И много у нас таких запасов?
— Хватит, — уклончиво ответил Коул. — Но ты помалкивай. Не всем об этом знать надо.
Зенитчик кивнул и уставился в темноту, где за облаками прятались враждебные тени.
Где-то далеко, со стороны гор, послышался низкий гул. Тяжёлый, нарастающий. Коул напрягся.
— Это не дроны, — тихо сказал он. — Это что-то другое.
Гул приближался. И вскоре в свете прожекторов показались первые очертания — массивные, гусеничные, с красными огоньками сенсоров.
— Т-100, — выдохнул кто-то из зенитчиков. — Господи, они наступают.
Коул вскочил, бросил самокрутку.
— Всем к бою! Гранатомётчики — на позиции! Пулемёты — бейте по гусеницам уорпуса бронированные! Не дайте им прорваться!
Война входила в новую фазу.
Первая волна машин ударила в северные ворота. Т-100 шли медленно, неумолимо, их пушки били по укреплениям, превращая бетон в крошево а Стальные контейнеры в решето. За ними двигались Т-1, поддерживая огнём. А из дыма показались тощие фигуры в развевающихся балахонах – Т-200, вооружённые автоматическим оружием, неуклюже перебирающиеся через обломки.
— Полковник, они прорываются! — закричал лейтенант, вбегая в командный пункт.
— Вижу, — Харрис смотрел на мониторы наружных камер. — Сколько их?
— Пол сотни тяжёлых, может больше. И ещё эти... тощие. Много.
— Т-200, — раздался в рации голос Коннора. — Пугала в балахонах. Броня у них слабая, но огнестрел настоящий и меткие. Они прикрывают машины, отсекают пехоту. Не дайте им закрепиться, бейте из крупного калибра!
Харрис схватил рацию:
— Всем, видите этих тощих? Цельтесь в них из пулемётов! Они неуклюжие, но опасные!
Защитники открыли огонь. Т-200 падали один за другим, но их было много, и они продолжали лезть, стреляя из укрытий.
— Коннор, они лезут! — крикнул Харрис. — У нас мало времени!
— Держитесь, — голос Коннора был спокоен. — Мы уже в пути. Дайте нам пятнадцать минут. Отходите ко второй линии обороны и к диспетчерской, не давайте себя окружить.
— Понял.
Внезапно на восточной стороне раздался мощный взрыв. Охотники сбросили что-то на стену из контейнеров, проделав огромную дыру. В пролом уже лезли Т-1, а за ними — массивные фигуры Т-70 с крупнокалиберными пулемётами, их тяжёлые шаги сотрясали землю.
— Твою мать! — заорал Харрис. — Они прорвали восточную стену! Там Т-70, тяжелая пехота!
— Вижу, мы на подходе, — отозвался Коннор. — Дерек, бери вторую машину и свой отряд ваша цель восточный фланг. Мы ударим по основным силам.
— Понял! — ответил Дерек.
Харрис повернулся к лейтенанту:
— Отводи людей ко второй линии. Оставьте заслон у ворот. Восточный сектор — туда все, кто есть! И скажи Коулу, чтобы готовил «Иглы» — если полезут с воздуха, встретим!
Колонна из трёх «Хамви» и двух грузовиков мчалась по разбитой трассе. Коннор сидел в головной машине, сжимая рацию.
— Дерек, сколько до аэропорта?
— Минут десять, если не наткнёмся на засаду.
— Не наткнёмся. Они все там, штурмуют ворота.
Адриана, сидевшая рядом, проверила автомат.
— Думаешь, успеем?
— Должны. Харрис мужик умный, просто упрямый. Если его люди не разбегутся, они продержатся.
— А если разбегутся?
— Тогда мы увидим кучу машин и ни одного живого защитника. — Коннор посмотрел на неё. — Но я почему-то верю, что не разбегутся.
Машины подпрыгивали на ухабах, моторы ревели. Впереди уже виднелись вспышки выстрелов, слышался грохот взрывов и виднелось зарево пожара.
— Они там, — тихо сказал Дерек. — Дерутся.
В этот момент рация ожила голосом Харриса, перекрывающим грохот боя:
— Коннор, у нас прорыв на востоке! Они взорвали стену, туда лезут Т-1 и Т-70! Эти тяжёлые с крупнокалиберными пулемётами – они нас просто перестреляют!
— Вижу, — ответил Коннор. — Дерек, бери вторую машину и ударь по восточному флангу. Мы зайдём с севера.
— Понял!
Вторая машина свернула с трассы, уходя к восточной части аэропорта. Дерек крикнул в рацию:
— Адриана, готовься! Сейчас будем весело!
— Я всегда готова, — ответила она, передёргивая затвор.
— Приготовиться, — скомандовал Коннор в рацию. — Заходим с тыла, бьём по самым дальним. Харрис, мы на месте. Начинаем.
— Понял, — раздался в наушниках голос полковника. — Мы их видим. Удачи.
— Взаимно.
Колонна вылетела из-за ангаров и врезалась в строй машин. Дерек, высунувшись из люка, дал длинную очередь из пулемета по ближайшему Т-100. Пули застучали по броне, выбивая искры.
— Есть контакт! — заорал он. — Работаем!
Бой закипел с новой силой. Люди Коннора ударили с неожиданной стороны, заставив машины начать перестраиваться. Т-100 разворачивались медленно, их пушки искали новые цели. Харрис, видя это, бросил своих в контратаку.
— Вперёд! Они зажаты! Цельтесь по гусеницам и сенсорам!
Коул с зенитчиками бил из гранатомётов по Т-1 и Т-200. Тощие пугала разлетались от прямых попаданий, но Т-70, тяжёлые, продолжали стрелять, их крупнокалиберные пулемёты косили всё вокруг. Один из таких развернул турель в сторону группы Дерека.
— Ложись! — крикнул Дерек, увлекая Адриану за обломки.
Очередь прошла над ними, срезав верхушку бетонного блока и закидав всех каменной шрапнелью.
— По ногам целься! — вспомнил Дерек слова Коннора. — В суставы!
Он высунулся и дал длинную очередь по ноге Т-70. Пули попали в сочленение — машина дёрнулась, заскрежетала и начала заваливаться на бок.
— Есть!
Адриана добила её контрольной очередью в пулемётную турель, а потом и в голову уничтожив оптику.
Дерек и Адриана действовали как единое целое. Он стрелял, она прикрывала, они перебегали от укрытия к укрытию. Рядом с ними сражались бойцы Коннора, военные из аэропорта, даже несколько гражданских, схвативших оружие.
— Не отставай! — крикнул Дерек, помогая Адриане перебраться через обломки.
— Я не отстаю! — огрызнулась она, посылая короткую очередь в новую машину.
Коннор был в центре боя, его голос звучал в рациях, направлял, подсказывал, ободрял. Харрис, увидев его впервые в деле и наконец понял, почему люди идут за этим человеком.
Примерно через полчаса бой стих. Последний Т-100, изрешечённый пулями, замер, его сенсоры погасли. Т-70 лежали грудой металлолома, Т-200 валялись тощими кучами. Люди стояли среди дыма и обломков, тяжело дыша.
Харрис подошёл к Коннору, протянул руку.
— Спасибо. Если бы не вы...
— Брось, если бы вы их не сдержали, мы бы просто не успели, а если бы приехали раньше – нас бы покрошили первыми — ответил Коннор, пожимая руку. — Вы держались. Это главное.
Коул, сидевший на обломке бетона, перевязывал раненого. Рядом валялась пустая труба от «Иглы».
— Отлично сработала, — усмехнулся он. — А говорили — капризная.
Харрис посмотрел на небо, где снова собирались тучи. Сегодня они выиграли битву, наверное, первую и самую главную, которая показала, что, сплотившись люди могут противостоять даже такому врагу понять которого невозможно… Но это была лишь победа в битве, человечество ждала война.
— Что дальше? — спросил он.
— Дальше — восстанавливаться, хоронить погибших и готовиться к следующей атаке, — ответил Коннор. — Они вернутся.
— Знаю.
— Но теперь мы вместе. И это меняет всё.
Харрис кивнул. Он наконец понял то, что Коннор говорил с самого начала: только вместе они могут выжить.
Выстрелы стихли окончательно, это означало что даже последние еще шевелящиеся машины полностью уничтожены. Люди выходили из укрытий, смотрели на дымящиеся руины машин, на своих убитых и раненых. Тишина была тяжёлой, но в ней чувствовалось облегчение.
Дерек и Адриана сидели на разбитом контейнере, держась за руки. Рядом с ними присел Ривера, закуривая.
— Целы? — спросил он.
— Кажется, да, — ответил Дерек.
— А эти, — Ривера кивнул на груду металла, бывшую Т-70, — уже нет.
Подошёл Коннор. Он был в саже, на щеке запеклась кровь, но глаза горели.
— Хорошая работа. Все молодцы.
— Что теперь? — спросила Адриана.
— Теперь будем думать, как использовать эту победу. — Коннор посмотрел на небо, где занимался рассвет. Серые тучи немного расступились, и в просвете показался краешек солнца. Редкое, почти забытое зрелище.
Люди замерли, глядя вверх. Кто-то перекрестился, кто-то просто молчал, подставив лицо слабым лучам.
— Смотрите, — прошептал кто-то. — Солнце...
— Это знак, — сказал Харрис, стоя рядом с Коннором. — Мы победили не зря.
— Или напоминание, что есть за что бороться, — ответил Коннор.
Солнце скрылось так же быстро, как появилось, оставив после себя ощущение чуда. Люди, улыбаясь.
Дерек обнял Адриану.
— Когда-нибудь так будет всегда… — сказала она.
|
|
| |
| БотАН | Суббота, 11.04.2026, 09:12 | Сообщение » 98 |
Сказочник
Сообщений: 2831
| С победой, «товарищ полковник» и другие товарищи!
|
|
| |
| Slider99 | Суббота, 11.04.2026, 12:42 | Сообщение » 99 |
T-1
Сообщений: 235
| Глава 12. Спасатели
Над аэропортом стоял гул горящих построек и поднимался чёрный дым, смешиваясь с серым небом. На его фоне было практически не слышно стонов раненых и перекличек поисковых команд и медиков, ищущих выживших.
Дерек сидел тяжело дыша. Автомат лежал рядом, а его ствол ещё горячий слегка дымился. Адриана прижималась к нему, её руки дрожали — от усталости, от адреналина, от всего сразу.
— С тобой все в порядке? — спросил он, внезапно побледнев и странно сморю на девушку.
— Кажется, да. — Она посмотрела на свои ладони, испачканные в чужой крови. — Это не моя.
— Слава Богу…
Рядом с ними санитары грузили раненых на носилки. Кто-то кричал, кто-то тихо стонал, кто-то уже не издавал звуков. Люди в форме аэропорта и бойцы Коннора перемешались — теперь они были просто людьми, пытавшимися выжить и помочь друг другу.
Мимо прошёл Харрис, лицо его было мрачнее тучи. Он остановился у груды искореженного металла, которая ещё несколько часов назад была танком.
— Два танка, — глухо сказал он подошедшему Коннору. — «Абрамсы». Мы их даже применить не успели. Хантер зашёл с неожиданной стороны, пустил ракеты — и всё. Один взорвался сразу попадание в БК, второй загорелся. Экипажи... четверо погибли, двоих успели вытащить, но они в тяжёлом состоянии, еще двое живы, только слегка пострадали помогая товарищам выбираться.
— Я видел, — тихо ответил Коннор. — С воздуха они всегда уязвимы. Особенно когда застают врасплох.
— Если бы мы знали, что они полезут с востока...
— Не корите себя, полковник. Война — это всегда неожиданность.
Харрис кивнул, но в его глазах читалась боль.
Коул, сержант-снабженец, появился из дыма, как призрак. Лицо его было в копоти, на куртке —пятна, но глаза смотрели ясно.
— Товарищ полковник, — обратился он к Харрису. — Там это... мы нашли кое-что странное.
— Что ещё? — устало спросил Харрис.
— Один из Т-100 стоит у северной стены. Мы его долбанули из гранатомёта, он замер, перестал стрелять, но, не взорвался как другие. Механика похоже отказала, а электроника... она вроде работает. Сенсоры горят, и внутри что-то гудит.
Харрис нахмурился:
— Предлагаешь его в музей сдать?
— Нет, — вмешался Коннор, и в его глазах мелькнул интерес. — Это подарок судьбы. Наши учёные как раз ждут такой экземпляр. Если машина цела, и электронная начинка жива, они смогут её изучить, понять, как работает связь, как Скайнет отдаёт команды.
— Ты серьёзно? — Харрис посмотрел на него. — Тащить эту махину в Пасадену? У нас тут раненые, убитые, а ты про трофеи думаешь?
— Именно потому и думаю. — Коннор говорил спокойно, но твёрдо. — Гейтс и его люди смогут узнать их слабые места, может быть, даже найти способ глушить их сигналы. Это спасёт жизни. Много жизней.
Харрис помолчал, потом кивнул:
— Ладно. Коул, займись. Отправь эту рухлядь с малым конвоем в Пасадену, когда будет возможность.
— Есть, товарищ полковник.
Еще через час, когда пожары успели потушить, Харрис собрал офицеров в уцелевшем углу диспетчерской. Коул докладывал сухие цифры:
— Сорок три убитых, больше сотни раненых. Из техники: два танка уничтожены хантерами, три «Хамви» сгорели, один вертолёт повреждён. Потери есть, но не фатальные.
— А боеприпасы? — спросил Харрис.
— Основные склады целы. Там, в хранилищах, ещё лет на пять войны хватит, если не дурить. Проблема в том, что внешние укрепления разбиты. Если они пойдут в новую атаку, нам нечем будет их встретить на подступах.
Коннор, слушавший молча, подошёл к карте:
— Значит, надо перестраивать оборону. У вас есть контейнеры?
— Тысячи, — ответил Коул. — Морские, сорокафутовые, двадцатифутовые, и еще разных без счета. И краны, чтобы их двигать.
— Вот и ответ. — Коннор ткнул пальцем в карту. — Уменьшаете периметр. Стягиваете контейнеры к центру, укрепляете бетоном, создаёте несколько линий укреплений. То, что нельзя защитить — разбираете и перевозите. Главное — сохранить склады, боеприпасы, топливо и взлётную полосу для возможной эвакуации.
Харрис закрыл глаза. В голове проносились лица тех, кто служил под его началом, кто доверял ему, кто надеялся, что он их защитит, тех кто не пережил эту ночь. Потом кивнул:
— Делай, что считаешь нужным. Я больше не командир.
— Нет, — Коннор положил руку ему на плечо. — Ты командир. Просто теперь мы командиры вместе.
Харрис посмотрел в глаза Коннору не увидел издевки или надменности, — Тогда считаю твое предложение разумно. Мы можем за пару дней переставить контейнеры, создать новый рубеж. А внешнюю зону оставим как ловушку, нужно продумать минирование.
— Именно, — подтвердил Коннор. — Вы остаётесь здесь, и строите оборону, но теперь мы будем координировать действия. Пасадена станет штабом, аэропорт — передовой базой. Если кому-то из нас понадобится помощь — мы придём.
Харрис посмотрел на него долгим взглядом.
— Я думал, ты согласишься с моим порывом всё бросить и уйти.
— Нет. Слишком много людей, слишком много запасов. Да и психологически это было бы поражением. Вы выстояли. Значит, надо закрепиться.
— Спасибо, — тихо сказал Харрис. — За то, что не дал нам сдаться.
— Мы теперь одна команда, полковник, или вместе, или никак, пора начать понимать это всем.
Следующие несколько дней аэропорт гудел, как растревоженный улей. Краны с грохотом переставляли контейнеры, создавая новые стены. Бульдозеры разгребали завалы. Люди работали в три смены, не жалея сил.
Коул носился между складами, раздавая инструменты и материалы.
— Этот контейнер — сюда! Эти — во вторую линию! Быстрее, быстрее!
Харрис и Коннор часами сидели над картами, вычерчивая новые позиции. Дерек с Адрианой помогали организовывать патрули на подступах.
— Смотри, — говорил Коннор, указывая на схему. — Здесь ставим пулемётные гнёзда, здесь — гранатомётчиков. Эти проходы заминируем. Если они сунутся, мы их встретим.
— А если пойдут в обход? — спросил Харрис.
— Тогда будем импровизировать. Нам нужно построить свои оборонительные сооружения так, чтобы машины атаковать могли только с выгодных для нас позиций. Но главное — мы теперь готовы.
Через несколько дней, когда обстановка стабилизировалась, трофейный Т-100 начали готовить. Сначала его оттащили на мощном тягаче в мастерскую, частично демонтировали ходовую часть, полностью сняли вооружение и под охраной пары хамви отправили в Пасадену. Все, кто видел эту процессию, провожали её взглядами, полными ненависти и любопытства. Возле школы его прицепили к старому вертолету Коннора и увезли в горы к ученым.
Гейтс, узнав, что машина уже в пути, чуть не прыгал от радости.
— Наконец-то! Живой экземпляр! Мы сможем проанализировать его архитектуру, понять, как Скайнет передаёт команды!
— Только осторожно, доктор, — предупредил Коннор, когда машину доставили. — Это хоть и старая модель, примитивная, но кто его знает, что она может сделать с вашим железом.
Гейтс кивнул, но в его глазах уже горел огонь исследователя. Он провёл рукой по холодному металлу.
— Посмотрим, посмотрим...
Через несколько дней, после первых анализов, он связался с Коннором. Голос его звучал разочарованно:
— Джон, эта модель действительно примитивна. У неё нет сложных систем связи, только приём команд на уничтожение и поиск определенных целей. Никаких протоколов обмена, никакой нейросети. Это просто тупое орудие убийства с заранее заданными вариантами действий. Чтобы понять, как работает Скайнет, нам нужно что-то более сложное. Модель с двусторонней связью, с элементами самообучения.
— Что-то более свежее и современное? — спросил Коннор.
— Да. Что-то в этом роде. Нам нужен мозг, а не мышцы.
Коннор вздохнул.
— Будем искать. Работайте пока с тем, что есть. Каждая мелочь может пригодиться.
— Хорошо, — ответил Гейтс. — Но не тяните. Время работает против нас.
После атаки аэропорт преобразился. Вокруг центральных ангаров выросли стены из контейнеров, образовав несколько защитных колец. Пулемётные гнёзда смотрели на все подходы, минные поля ждали незваных гостей.
Харрис стоял на новом командном пункте, устроенном на крыше одного из зданий, и смотрел на дело своих рук.
— Неплохо получилось, — сказал подошедший Коннор.
— Ты знаешь, — ответил Харрис, — я два года думал, что мы непобедимы. А оказалось, что непобедимых нет. Есть только те, кто готов учиться и меняться.
— Ты научился. Это главное.
— Спасибо тебе. За всё.
Они пожали руки.
Где-то в горах Гейтс колдовал над трофейным Т-100, вырезая из него блоки памяти. Кайл и Элисон помогали раненым в лазарете. Дерек и Адриана сидели, обнявшись и мечтали.
— Как думаешь, сколько нам ещё воевать? — спросила Адриана.
— Не знаю, — ответил Дерек. — Но пока мы есть друг у друга, это неважно.
Она улыбнулась и прижалась к нему.
В небе мелькнула точка — очередной охотник. Но сегодня он пролетел мимо, не снижаясь. Люди внизу не обратили на него внимания. Они были заняты делом — строили новый мир на руинах старого.
— Завтра начнём разбирать трофеи, — сказал Коннор, спускаясь с крыши. — И готовиться к следующему шагу.
— Какому? — спросил Харрис.
— Учёным нужна более продвинутая машина. Т-400. И я пока знаю только одно место, где их достать, Сан-Диего.
— Это опасно.
— Всё, что мы делаем, опасно. Но без этого не победить.
Харрис кивнул.
— Тогда я с вами.
— Я знал, что ты это скажешь.
Они обменялись понимающими взглядами и разошлись по своим делам. Война продолжалась, но теперь у них был план, были союзники и была надежда.
|
|
| |
| БотАН | Воскресенье, 12.04.2026, 09:16 | Сообщение » 100 |
Сказочник
Сообщений: 2831
| Цитата Slider99 (  ) Стягиваете контейнеры к центру, укрепляете бетоном...
Каким таким бетоном? Боем? Или на территории аэропорта в кустах случайно нашёлся грузовой состав с цементом? Да и воды сколько надо... В общем, «вопросы, вопросики...»
Цитата Slider99 ( ) ...только приём команд на уничтожение и поиск определенных целей. Никаких протоколов обмена...
Чтобы знать, когда дать команду на уничтожение, хозяину надо видеть то, что видит его «тупое орудие», а для этого нужен протокол обмена данными. Нельзя верить людям с фамилией Гейтс )
|
|
| |
